Московский магический университет

Это произошло не в самый первый набор, но тогда просто не было известно об угрозе портала. Над нами нависло что-то ужасное, и я понял, что нельзя оставаться в стороне.

– А чем ты хотел заниматься после университета до этого?

– Хотел проводить исследования в своей области магии. Хотя и сейчас хочу – задумок у меня уйма. Возможно, что-то пригодится на службе в гвардии.

– Ты хочешь быть в группе, которая исследует портал? Мне кажется, именно это вызвало у тебя интерес вступить в гвардию.

– Не буду отрицать, что был бы рад туда попасть.

Хорошо, что он имеет такую позицию. Терехов из древней фамилии, и, безусловно, его кровь нужна нашей стране. Особенно сейчас, когда вокруг сгущаются такие тёмные тучи...

Глава 22

– Покалывают кончики пальцев ног?

Юмор у Кропоткина специфический… Да и в принципе я иногда не понимаю – шутит он или говорит всерьез.

– Ничего не покалывает.

– Плохо. Но ты приступай. А то твоя кровь уже скоро высохнет.

Да и методы у Михаила Александровича, мягко говоря, своеобразные. Сейчас крайне ответственный момент, а он вместо того, чтобы подбодрить, только сбивает настрой.

Нет, ладно я – для меня такое перетерпеть пустяки. Но есть же и другие студенты. Некоторые из них очень чувствительные личности – могут запороть всё из-за неправильного настроя. В преобразованиях крови это даже более важный фактор, чем в обычной магии.

– Преобразование крови.

Моя кровь впиталась в кусочек глины, и Кропоткин взял её в руку.

– Молодец! – иронично-ворчливо произнес профессор. – Только где слова «временное» или «постоянное» преобразование?! Хочешь отдать часть своей жизни куску глины?!

– Я сделал сокращение через ментальную закладку. Когда говорю «преобразование крови» – это временное. Когда говорю «постоянное»…

– Дружок, я знаю про сокращения, – Кропоткин постучал мне по голове камнем из глины. – Только в первый раз магию крови надо проговаривать полностью, дабы не было нелепых происшествий.

– Михаил Александрович, я это понимаю, но в бою лишней секунды может не быть.

– Знаешь, почему я так небрежно преподаю?

Вопрос поставил меня в тупик.

– Так у этого есть причина?...

– Естественно. Я создаю студентам неприятные условия своим бухтением, чтобы в бою они не отвлеклись ни на одну мелочь.