Согрецу. Первородные. Хроники Багрового Заката

Хоть он и защитил всех окружающих, спастись от лучей самому не удалось. Несколько из них прошили живот и грудь насквозь. Перед глазами все плыло, а разум буквально цеплялся за ниточки, чтоб не погрузиться во тьму. Сердце билось как-то через раз. Неужели, это конец? Даже если он сейчас умрёт, это будет не так уж и плохо. Жаль бросать Элиуса и Арую, но они справятся без него. Наверняка, справятся. Почувствовав, как кто-то взял его за руку, захвативший разум морок внезапно отступил и Ариас пришёл в себя.

Рядом сидела обеспокоенная Аруя. На глазах блестели слёзы. Она смотрела на него, крепко сжимая его ладонь в своих, и едва сдерживалась, чтобы не расплакаться.

- Ну и чего мы плачем? Всё же обошлось, – улыбнувшись, он погладил её по голове.

- Эти раны ужасны, – от жалости в глазах возлюбленной, ему становилось стыдно, что заставлял её испытывать подобное.

- Если бы не ты, я вообще мог умереть, – Ариас попытался её утешить.

- Это не отменяет того, что ты так сильно пострадал.

С другой стороны подскочил Элиус, а следом за ним неспешно подошёл и Сорей. Мальчик выглядел не таким взволнованным, как Аруя. Скорее, даже слегка удивленным могуществом отца. И от этого в глазах искрился огонёк гордости.

- Эй, Первородный брат! Ты выглядишь жутко! – Слышать подобные слова из уст этого хитреца было очень непривычно.

- Напомни больше никогда не слушаться твоих советов, – струсив кровь с клинков, Ариас скрыл их в багровой вспышке.

- Но ведь всё произошло в точности, как я и предсказывал, – Хранитель ехидно ухмыльнулся. – Он действовал слишком опрометчиво. По крайней мере, для таких гениев стратегии, как мы.

- Было бы хорошо, если этот гений хоть немного посвящал меня в свои планы.

- Если бы я рассказал всё до мелочей, они могли бы не сработать. Иногда неведение гораздо полезнее, чем знания, – Сорей обвёл взглядом собравшихся озадаченных жителей и тихо добавил.

Один из них – щуплый мужчина, с ребёнком на руках, стоял в десятке метров от него и смотрел каким-то виноватым взглядом. Видимо, был одним из сторонников Урсуса. И сейчас крайне переживал о своём недостойном решении.

Кое-как поднявшись, с помощью Аруи и Элиуса, Первородный набрал побольше воздуха в грудь. Хоть это и отзывалось дикой болью внутри.