Легенда о Расколе: Первый ход

Глаза были все еще черными, а единственная рана на боку почти полностью покрылась коркой.

Глава 15

Свой путь

"Пантей — Бог войны, покровительствующий лишь сильным и тщеславным" — Божества и культура им поклонения.

Лью-Эбро. Триполь. Центральные провинции Лирии.

Больно. В те дни я уже не чувствовала себя живой. Смотря в потолок, я оказывалась дома, вспоминала папу, маму, брата, друзей и подруг... Всех. Вообще всех. Даже тех, кого почти не знала. Я видела дом, родной город, живущий полной жизнью. Играющих на дороге детей, стариков на лавке в не большом парке на главной площади, видела, как люди общаются прямо через дорогу из окон.

Каждый день я была там, но, закрывая глаза, всё покрывалось тьмой и огнём. Боль возвращала меня из воспоминаний в реальность, разрывая и убивая изнутри. Я больше никогда их не увижу... Никогда больше. Во мне кипела ненависть ко всему. Хотелось заплакать, но потом я вспоминала, что и так плакала.

Я знала, что сейчас в комнату войдет Анна. Все эти дни она присматривала за мной.

Она зашла и, тихо пройдя по комнате, поставила на стол поднос с едой. Прошлый все еще стоял так и не тронутый.

— Я хочу увидеть все своими глазами, — прошептала я и тут же понадеялась, что она не услышала.

— Я не отпущу тебя, — спокойно ответила она, забирая старый поднос со стола.

— Тогда я просто уйду, — говорить было тяжко. Голос надрывался, наружу рвалось то, что все это время я сдерживала в себе. — Мне уже все равно. Плевать на орден, на все это... С твоего разрешения или без него я уйду.

— Не уйдешь, — отрезала она. — Как твой командир я не отпускаю тебя, а если сбежишь — верну обратно. Силой, если придется! — прикрикнула Анна и впервые я увидела ее злой.

— Прости, — вырвалось у меня. — Я не хотела...

Слезы сами собой побежали из глаз. Я привстала и тут же оказалась в ее объятиях.

— Я знаю, — прошептала она. — Знаю. Я знаю как тебе сейчас тяжело. Я сама прошла через это...

— Я не смогу. Я не знаю, как справиться с этим. Меня разрывает изнутри...

Она еще крепче прижала меня к себе, поглаживая по спине.

Я чувствовала ее тепло. Я знала, что не безразлична ей. В тот момент она стала для меня сестрой, которой у меня никогда не было.

— Что мне делать? — Собралась я.

— Кристи, слезами здесь ничто не изменить, — она достала тканевый сверток и вложила мне в руку. Внутри был медальон Энни. Анна смотрела мне в глаза и я видела, как сложно ей сдерживать слезы. — Ты должна идти дальше. Твои родители проложили тебе путь, дали будущее.