Легенда о Расколе: Первый ход

Хотару хорошо был знаком с таким звуком, поэтому заранее опустошил стакан вина и поставил пустой рядом с выставленными перед ним тарелками, чашами, вазами, статуэтками и прочим. Рашит влетел в комнату, прошелся до одного ее края, потом до другого, потом снова до первого. Латиф долго смотрел на это, после чего привстал, указывая рукой на сувенирные принадлежности.

— Вот господин, посмотрите, — немного поклонился он. — Изображение Монэла на каждом изделии, кроме...

Рашит моментально остановился, вынул из рукава свиток, развернул его и со всей силы прибил к столу.

— Вот полюбуйся! — Прорычал он, смотря на Хотару, после чего повернулся, осмотрев сувениры и указав пальцем на один из них. — Да, да, да, да, ни в коем случае. Тут его рожа выглядит как после перепоя, причем годовалого.

— Понял, — очень тихо сказал Латиф и отошел к стене, освободив Рашиту стул.

— Та-ак, — прочитал Хотару свиток, — и что?

— И что? — переспросил Рашит. — И что?! Этот жалкий хорек называет меня зажравшейся свиньей, а нашего чемпиона — жалким, необученным сопляком!

— Ну где-то он точно прав, — подметил Хотару.

— Знаешь, что он делает? — Спросил Рашит у Латифа, не собираясь дожидаться ответа. — Он хочет прилизаться к нашей славе. Подлый мерзавец!

— Господин, не следует рубить с плеча в этом вопросе. Мы можем...

— Тихо! — Ударил по столу Рашит. — Хотару, он вызывает нас на бой. Я хочу, чтобы Монэл уничтожил его чемпиона! Разорвал его на части, если придется!

— Не забывай, — спокойно отвечал Хотару, — его чемпион не плох.

— Нет, друг мой. Тут будет выгода. Латиф, я хочу забрать у него оазис, что лежит на границе с нашей территорией и не просто хочу забрать. Я хочу, чтобы он сам поставил его на свою победу. Если он будет настолько уверен в своей победе, что поставит на кон оазис — нам и ставить ничего не придется. К тому же репутация ни сколько не пострадает, я прав?

— Да, господин, — поклонился Латиф.

— Хорошо, а теперь к приятным новостям. — Рашит достал из другого рукава свиток и положил на стол. — Девяностый день со дня смерти мужа Карины и она устраивает проводы в его честь. Грандиозные проводы я бы сказал. Шесть чемпионов со всей страны сойдутся в смертном бою. Без жалости, без пощады. — Он указал на свиток пальцем. — Карина хочет видеть и Монэла на своих играх.