Рассказ замкового солдата

Так или иначе, но в ту ночь горные налетчики и разбойники сообща рубили наших бравых ребят на куски. Насчет Старой Розы никто ничего толком сказать не может, кроме нашего лекаря Йохана. Ходили разные версии насчет его смерти. Кто-то говорит, будто он сражался до смерти, разрубив кучу вражьих голов, пока его самого не разрубили. А кто-то твердил, мол, его убили одним из первых. Сам я склонен к той версии, который выдвинул замковый лекарь Йохан: Старая Роза погиб от сердечного приступа как раз когда напали налетчики.

Такая версия появилась, когда, найдя тело лорда Фловерса среди кучу других, лекарь Йохан пришел к выводу, что голову разбойники изувечили и срубили с плеч уже когда сам старик был на том свете. Повезло бедняге.

Что, однако, не скажешь про других. Всех наших солдат перебили до единого и срубили башки, прикрепив на их собственные же пики. Кроме командира конников.

Безжалостные разбойники раздели его до гола и отправили пешком с посланием в наш замок. Он, конечно, вернулся в наш замок уже одетым — по дороге наткнулся на крестьян и те сжалились.

И вот уже на следующий день после резни на Закатной горе командир добрался до замка Фловерсов.

— Открывайте ворота! — приказал кастелян замка. Его длинные седые волосы слабо развевались на легком ветру.

Весь день мне тогда казался каким-то серым и настроение тоже было ровно такое же.

Я стоял на вершины крепостной стены небольшой, но довольное хорошо укрепеленной твердыни Фловерсов. Все время поглядывал на запад, куда отправились дней пять назад наши воины вместе с старым лордом Блумом Фловерсом, Старой Розой.

И не мог поверить, что из около ста человек оттуда вернулся лишь один.

Когда он пытался слезть с коня, который предоставили ему крестьяне, он чуть ли не упал, но вовремя был подхвачен стражниками.

И его лицо... Я поглядывал на него сверху, со стен, а он в это время был уже в внутреннем дворе замка, и поэтому не могу не сказать про его изувеченное лицо. Оно было вся в кровавых шрамах, без одного глаза, вместо которой была обмотана какая-то тряпка, еле держащаяся.

Если, придя в замок сытым и одетым, бывший командир конников выглядел так скверно, то каким же его впервые встретили добрые крестьяне, когда он спустился с гор?

Берри, кастелян нашего замка, седой старик, приказал потащить его во внутрь донжона, и, когда те скрылись за дверью, я глянул на запад.

Отсюда хорошо были видны Закатные горы. Я любил стоять вот так и глядеть на горы: особенно когда садилось солнце.