Нашествие арабуру (третья книга)

В его иголках вспыхивали голубые искры.

– Хитрецы, – весело и одновременно с укоризной сказал учитель Акинобу. – Вам бы в императорских советниках ходить.

– Конечно, – дипломатично согласился Натабура. – Только я ничего не пойму.

– А что понимать, – как в разговоре с неразумными детьми, вздохнул учитель Акинобу. – Чего понимать-то? Ежик это! Ежик!

– Ну и?.. – осмелился проявить туповатость Натабура.

– Ежик – эта такая штука… которая…

– Ну да… – неназойливо подсказал Натабура.

– Подожди, ты меня не сбивай, – оборвал его учитель Акинобу, и глаза его под сердито нахмуренными бровями насмешливо блеснули.

– Точно! – вспомнил Натабура. – У Платона!

– Да! – согласился учитель Акинобу. – Атлантида! Энергия в чистом виде. Говорят, что из иголок брызжут искры и всех, всех, всех убивают. Только таких штук нужно как минимум три.

– Так что он тогда испугался? – кивнул на кусты Натабура.

– А он не знал, – не удержался и хихикнул учитель Акинобу, – генералы, они все такие.

– Отдай! – потребовал Язаки. – Я еще две штуки найду, и мы им покажем, – он многозначительно посмотрел в сторону столицы, откуда громыхало.

– Да, спрячьте, – согласился учитель Акинобу. – Пригодится. Ты с огненным катана разобрался? – спросил он у Натабуры.

– Нет еще, сэйса.

– Ну так разберись. Это пока нужнее. А ежик – штука бесполезная, если она одна.

– Ладно, – согласился Натабура.

– Нет, не ладно.

И Натабура понял, что сейчас ему будет преподан урок логики.

– Я утверждаю, что сказанное мной – ложно!

– Нет, так не может быть, – не согласился Натабура.

– Ну хорошо. Тогда получается, что если я сказал истину, то она все равно ложна.

– Ложна, – согласился Натабура.

– А если она ложна, то согласно смыслу моей фразы, что она не ложна, и в силу вступает закон исключающего третьего, то есть она истинна.

– Да, сэйса, – кивнул Натабура, сбитый с толку.

– А это значит, что мое высказывание о ежике может быть одновременно ложно и не ложно.

– Здорово, сэйса! – согласился Натабура.

– Ну идите, – Акинобу остался довольным.

Они вернулись к костру и стали вертеть в руках мшаго. Тяжелая была вещица. По объему небольшая, но тяжелая – даже для веера. Правильно, подумал Натабура. Рукоять и должна быть тяжелой, ведь луч ничего не весит. Таким мечом не особенно и порубаешь – руку вывихнешь, а тяжелая рукоять уравновешивает. Но все равно получается, что мшаго не сбалансирован.