Нашествие арабуру (третья книга)

– Уходить пора, – напомнил учитель Акинобу. – Река недалеко, искупаешься.

Афра сделал два прыжка в сторону, согласный с этим. И все-все ждали, что скажет Натабура. Почему на меня все вылупились, словно я голый? Что же произошло? – попытался он вспомнить. Ах, да! И посмотрел наверх. Иканобори возвышался на мосту, как гора. Морда с прикушенным в агонии языком свисала меж остатков перил. Крылья, как и лапы с медными когтями, еще дергались. А лощина под мостом была завалена внутренностями. Как в него столько помещалось? – удивился Натабура.

Это был его первый дракон. С ними он еще ни разу не дрался. Японские драконы всегда были миролюбивы и обходили людей десятой стороной. Их миром были вершины гор и темные ущелья с пещерами. Хонки тоже вылезли посмотреть на необычное зрелище, несмотря на то, что солнечный свет был им вреден. Но небо как раз затянула серая хмарь, и они рискнули.

– А вы чего не жрете? – спросил Баттусай, отвлекая Натабуру от воспоминаний.

– Мы хоть и любим свежую кровь, но к гадости иканобори непривычны.

Рыбой воняет.

– А к чему вы привычны? – хмыкнул Баттусай.

– Мы китайскими драконами брезгуем. Они нечистые.

– Они лягушек едят.

– А еще жаб.

– И крыс!

Ишь ты, разборчивые, удивился Баттусай, не ожидая такого от хонки.

– Пора, – напомнил учитель Акинобу. – Неровен час, еще один прилетит.

– Мы пошли, – сказал Натабура, – а вы здесь разбирайтесь.

Совершенно случайно он каким-то образом втянул клинок в рукоять, и теперь надо было выяснить, как же действует мшаго. Кровь, которой он был перемазан с головы до ног, стала высыхать и стягивать кожу.

– Слышь… – позвал хонки, по виду сикигами33, обращаясь к Язаки. Он не мог выйти на белый свет и прятался за опорой моста. – Слышь… если что, мы вам поможем…

– Поможем, поможем, – раздались голоса хонки. Мы здесь посовещались – будем вам помогать. – Неясные, серые лица испуганно выглядывали из норы.

– Как? – оглянувшись, усомнился учитель Акинобу, потому что никогда не слышал, чтобы демоны, какими бы они ни были, помогали людям.

Это противоречило их природе и мироустройству в целом.

– Я вижу, у вас каба-хабукадзё34, – в голосе демона смерти послышалось почтение.

Действительно Язаки до сих пор таскал на груди случайный подарок Бога Яма. Похоже, из-за этого хонки и приняли Язаки за старшего.

– Меня зовут Басаон. Меня здесь все знают. Людям я отродясь ничего плохого не делал. Если что, найдете горшечника Дзигоку, но к нему самому не идите, а во дворе у него постучите в крышку погреба.