Тёмных дел мастера. Книга третья

И хотя молодой чиновник отлично понимал, насколько дерзким могло оказаться такое поведение для всех присутствующих на этом заседании вещальщиков и других сторонних наблюдателей, которые после недавних реформ были просто обязаны всегда докладывать о действиях назначенного главы города и согласовывать их со столицей — он также отлично знал, что господин Феро не поступит в ущерб своей репутации, иначе его никогда бы не назначили мэром. Поэтому хотя бы малая часть незапланированных обращений Малькома всё же должна была оказаться услышана обществом, а о большем он и не мечтал.

К тому же, насмотревшись с экранов вещательных зеркал на то, как решительно действовал в подобных ситуациях и сам их стареющий монарх, обличающий во Всеобщий День Прошения к нему не только общие, но и множество частных проблем своего королевства, молодой чиновник просто не мог не заразиться подобным примером поведения. И одно только это придавало ему уверенности в важности и резонности своих действий на сегодняшнем выступлении.

По бокам от дверей главного зала совещаний, готовая к торжественному приветствию, расположилась строгого вида прислуга, без труда давая понять каждому входящему, что предстоящее заседание вот-вот начнётся, и как только Мальком ступил на безупречно вычищенную ковровую дорожку, начинавшуюся прямо у выхода из подъёмной кабины, его лицо немного преобразилось. Изо всех сил молодой чиновник старался выглядеть профессионально в глазах каждого шагающего рядом с ним старшего коллеги или даже простого секретаря, несущего за своим начальником огромную кипу всех его бумаг.

Руки и ноги он держал прямо, глаза были направлены только вперёд, а разум молодого чиновника отныне был сосредоточен исключительно на предстоящей задаче. Уверено преодолев от общего пролёта последние метры, Мальком, не забывая о своём статусе, легко и непринуждённо поклонился прислуге и, пропустив вперёд несколько почтенных господ, незамедлительно вошёл и сам, скромно расположившись пока у ближайшей стены, чтобы отыскать для себя свободное место.

Холодное, но весьма официальное внутреннее освещение зала как нельзя лучше настраивало всех членов совещания на предстоящий открытый диалог, и когда молодой чиновник разглядел сидящего в дальнем кресле у окна как всегда одетого в роскошный деловой костюм мистера Мервьюли — то тут же направился к нему, обходя остальных своих коллег, рассаживающихся по своим местам с присущими каждому настоящему дворянину аккуратностью и тактом.