Клан Ито. Вознесение

— И всё же, если Эмма понял, кем я являюсь, и знает, чем ему это грозит, то почему бы просто не убить?

— Зачем? Вновь обратить против себя гнев братьев и сестёр? Один раз у него получилось всё уладить, но выйдет ли снова? Боги ведь изредка общаются с ванами, а те, как я уже говорил, приносят жертвы в ответ. И если остальные боги подговорят не почитать Верховного, то что ему достанется? Он ослабнет и вновь отправиться в своё логово.

— Как раз туда, где сейчас мои родители, — пробормотал я и невольно покосился на пропасть, из которой поднимались клубы красного пара.

— Очень много чего, — отозвался Содзёбо и тяжело вздохнул. — Дзигоку опасное место. Туда так просто не попасть, и ещё сложнее выбраться. Эмма был правителем этого мира, поэтому и бродил по измерениям, как и когда хотел. Но сейчас даже он не сможет туда проникнуть, ведь теперь у него сан Верховного.

— А разве Отец, то есть мой дед, не мог проникнуть в Преисподнюю?

— Мог, конечно, он же был великим богом.

— Почему-то в этом я не сомневался, — я улыбнулся в ответ. — Но вы не ответили на главный вопрос — почему я ничего не помню? Ведь память не должна была исчезнуть, когда моя душа соединилась.

На это Содзёбо ответил не сразу. Казалось, что вопрос вызвал в нём недобрые воспоминания. Красное лицо нахмурилось, а в подслеповатых глазах появились искорки ярости.

— Мне пришлось это сделать, Тсукико, — наконец выдохнул тот. — Из-за ваших распрей я лишился своей семьи и всех тех, кто был мне дорог. Они там! — ткнул палкой в пропасть. — Обращённые в камень, словно проклятые!

— Учитель, — я напрягся, уж слишком разительное изменение произошло в собеседнике. — Я не знаю, что произошло, но прошу у вас прощения, если в том моя вина.

Как ни странно, но извинения помогли. Конечно, тэнгу до конца не успокоился, но морщины на лбу разгладились, а плечи поникли.

— Случился ты, Тсукико, — пробормотал он. — Твоя душа соединилась слишком рано. Мы не успели обучить тебя всему и собрать армию, чтобы спасти твоих родителей.

— Вы кого-то собирали?

— Ну ты же не думаешь, что учился в школе совершенно один? — хмыкнул Содзёбо. — Нет, мы хотели сделать из ванов, что подавали надежды, избранных.