Одержимый

Стража гостей не впечатлила — каждый приехал в сопровождении собственного отряда воинов, присутствующих тут же. И напротив людей Дарана выстроилась другая шеренга, также ощетинившаяся сталью. Гвардейцы, до этого спокойно наблюдавшие за происходящим, тут же взяли принца в кольцо. Самого же представителя императорского дома грядущее кровопролитие, казалось, не беспокоило вовсе: он всё также расслабленно сидел в кресле, потягивая вино из кубка.

— Ритуал истребления завершён, у клана Кречетов новый лидер, — твёрдо сказал Даран.

— Твоё слово ничего не значит, бастард! — презрительно бросил отец Вильды.

— Вы говорите о слове почётного лейтенанта императорской гвардии, — небрежно заметил принц, поставив кубок на стол.

Отец Вильды осёкся. Судорожно стиснув эфес, он подбирал подходящие слова, чтобы сохранить лицо и при этом не оскорбить императора и членов его семьи. Даран бросил на принца благодарный взгляд, но промолчал.

Гвардейцы не вмешивались, бесстрастно наблюдая за происходящим, а молодой Тигр больше не произнёс ни слова, откровенно наслаждаясь зрелищем в ожидании развязки.

Она явилась с неожиданной стороны. Один за другим из замка выбирались охранные големы. Первыми подоспели небольшие юркие сороконожки, испещрённые серебряным орнаментом. Они проскакивали прямо под ногами собравшихся и выстроились цепочкой вокруг сторонников Лауры.

Следом один за другим прибывали здоровяки, вроде уже знакомого пустотникам Шрайка. Они грузно шагали по саду, безжалостно топча цветы и декоративные кустарники, с равнодушной неумолимостью окружая толпу.

Поняв, что ничего интересного больше не произойдёт, принц поднялся со своего места и провозгласил:

— Императорский клан Золотых Тигров провозглашает Лауру, дочь Лавра, главой клана Кречетов. Титул взят законно по праву сильного в ритуале истребления!

Юная графиня поклонилась Брэнду и остальные, скрывая недовольство, повторили её движение. Желающих спорить с Тиграми не нашлось.

— Увы, я не могу остаться и в полной мере насладиться столь волнующими событиями, — вздохнул сын императора.

Он подошёл к Лауре, брезгливо переступив по пути через покойника, и покровительственно положил руку на плечо юной графини.

— Надеюсь, вы до него доживёте, моя дорогая, — расслышал Стриж его негромкое пожелание.