Одержимый

По крайней мере когда речь идёт о небольших внешних изменениях. Не уверен, что переживу серьёзную коррекцию роста или массы, но скопировать облик человека сходного телосложения точно могу.

Тут Стриж опирался лишь на свои предположения. Вряд ли демон мог изменить его пол: помимо перестройки внутренних органов, потребуются серьёзные гормональные изменения. А для маскировки хватит лишь придать ему сходство с Райной там, где с этим не справится одежда.

— Это невероятная возможность для клана... — пробормотал Даран, глядя на Лёху уже скорее задумчиво, чем враждебно.

Стриж удержал вздох: что-то подобное он и начал подозревать, увидев очень знакомый взгляд капитана стражи. Точь-в точь как отцы-командиры в прошлой жизни: если смотрят на тебя задумчиво-оценивающе, значит или выдерут, или озадачат. Лишнее доказательство того, что вояки всех времён и миров одинаковы, будь они хоть в архаичном доспехе, как Даран, хоть в футуристическом боевом скафандре.

Одно хорошо — калека явно перевёл его из разряда “опасных тварей, требующих уничтожения” в разряд “опасных тварей, способных принести немало пользы”. Пусть сперва свыкнется с мыслью о разумных пустотниках и одержимом, а потом уже настанет время поумерить его командирский пыл.

— Это при условии, что демон не потеряет разум от вида крови, или не сожрёт кого-то, — во взгляде Дарана вновь вспыхнул уголёк ненависти.

— Думаю, сперва нам нужно разобраться с недовольными внутри клана, — впервые за разговор подала голос Миа.

— Дела клана тебя не касаются, пустышка! — рявкнул Даран, но эльфийку это не особенно впечатлило.

— Меня касается безопасность Лауры, — напомнила пустотница. — От неё зависит моя собственная жизнь. И у меня сложилось впечатление, что с этим не всё в порядке. Если я ошиблась — с радостью отправлюсь досыпать.

— Она права, — оборвала начавшийся было спор графиня. — Чужаки или нет, но это те, на кого я могу опереться. Я приказываю вам с Райной обучить пустотников, чтобы они правдоподобно выполняли роль моих телохранителей и не привлекали лишнего внимания.

Предложение явно пришлось не по душе одноглазому, но он, помедлив, всё же склонил голову и глухо произнёс:

— Да, ваше сиятельство.

— Как прикажете, ваше сиятельство, — эхом отозвалась Райна.