История вора #1

Глава 4

Интерлюдия I

Мальчик, который много крал

Я был самым мелким из всех, кто в ту памятную ночь оказался у Обломанного ногтя. Не помню, сколько тогда мне было – пять, шесть лет? Наверное, сейчас это уже совсем не важно. Самое забавное – я не должен был оказаться там, ни при каких обстоятельствах.

Мой родной город едва пережил эпидемию Тихой смерти. Сам я был слишком мал, чтобы на тот момент осознать все ужасы, которые довелось пережить жителям Полэсто и мои родителям. Они… Им почти удалось сделать всё, чтобы защитить себя.

Почти…

Мы запаслись водой, едой, оружием и предметами первой необходимости. Забаррикадировались в нашем особняке, выставили охрану, снабдили её всем необходимым и соблюдали все меры предосторожности.

В тот момент у ребёнка не было понимания того, что люди бывают куда страшнее самых опасных болезней.

Свихнувшиеся от страха и злобы жители города с оружием прошлись по кварталу, где мы жили. Не думаю, что кому-то из наших соседей удалось уцелеть… Охрану перебили, баррикады – снесли.

Даже двух щенков породы Луцерия, которых отец подарил мне на день рождения – и тех застрелили. До сих пор не понимаю – их то за что?

Я почти не запомнил, как мы убегали. Весь тот вечер остался в памяти одним смазанным пятном. Кровавым, грязным, и очень страшным. Спустя годы он до сих пор мне снился, но деталей, как и раньше, вспомнить не удалось.

Зато я навсегда запомнил последний взгляд отца, оставшегося в узкой подворотне задержать нескольких преследователей. Как и объятия матери, успевшей после них спрятать меня в вонючем закутке рядом с набережной.

Я не видел, как они умирали. Но когда это происходило – чувствовал. И плакал. Да, теперь признаваться в этом совсем не стыдно. Мало ли надо шестилетнему мальчишке, чтобы разреветься? А тут такое…

Жить на улице было нелегко. Но в отличие от остальных беспризорников, оставшихся без родителей, у меня были хоть какие-то знания о мире, дарованные нанятыми учителями. В отличие от опыта. Поэтому я и прибился к стае малолеток примерно моего возраста.

Поначалу, конечно, пришлось постараться, чтобы они меня приняли – лишние рты в то время никому не были нужны. Но когда я показал им, как можно добывать еду – отношение к моей персоне резко изменилось.

Воровать оказалось несложно – особенно в тех местах, где не осталось охраны. Чёрствый хлеб сменялся подгнившими фруктами, затем – какой-то мелочью, выгребаемой моими подельниками из кассы магазина, пока я разыгрывал припадок на глазах его хозяина.