Сага об Абраксах

— Мой ормес вернет тебя на большой остров к твоей машине, — Сандор обошел стол и открыл дверь кабинета, — Доброго пути!

— Спасибо, господин, — посланница вышла, напоследок одарив его дерзким взглядом серых глаз.

Гайдук прислонился к раме двери и задумался. Теперь ему стало понятно, как павший Рацо узнал о судне изгнанников. Очевидно у того была договоренность с родом Тир.

В послании их интересовал только Гутлеф, само судно видимо должно было отойти гайдуку.

Выходит Сандор выполнил ту часть сделки, что была обещана юкарам? Что же сулит ему этот договор? Останутся ли Тиры довольны вестями? Найдет ли он в их лице союзника либо наживет врага?

Сандор не знал ответов, и неприятное ощущение завладело его сознанием.

4.4 Новое начало

Один день сменял другой, хлопот у молодого гайдука не умалялось, но наконец, настали и приятные. Пришел день назначенной свадьбы Ены и Аранки.

Накануне Ена закатил пирушку, куда созвал всех неженатых мужчин и юношей, однако Сандор посчитал, что присутствие гайдука было бы не уместным.

Ограничился он даром целой бочки юкарского эля, одной из тех, что покоились в трюме плясуньи.

Бочка и сама по себе выглядела как щедрый дар — целиком вырезная из какой-то очень крупной китовой кости с плотно притертой и проклеенной крышкой. Высотой была по пояс Сандору. Сероватую её поверхность украшала замысловатая резьба.

Как мог судить молодой гайдук, содержимое бочки пришлось собравшимся по вкусу, гуляния не прекращались до самого рассвета.

Сандор спустился из покоев и вышел через главный вход своего дома, свадебная процессия скоро должна была дойти и до него.

Мужчине хотелось быть с друзьями с самого утра, но новое положение обязывало держать себя отстранённо. К гайдуку молодые по обычаю приходили сами, посещая его последним и прося благословения перед самым завершением обряда.

С утра Ена уже должен был успеть забрать невесту из дома её отца, где та зажгла небольшую лампадку.

Сандор сначала услышал перезвоны лютни, потом флейту, а затем громкие голоса и смех, а вскоре увидел и процессию. Она показалась на улочке, ведущей к тропинке, что бежала по склону к самому его дому.