Сага об Абраксах

Положим Сандор в рубке за капитана, тогда нужен один дозорный на нос и один на хвост, один помощник капитану, на каждое орудие хотя бы по двое пушкарей — шестнадцать человек. Еще было бы хорошо по лейтенанту на каждую оружейную палубу, и на каждый пороховой погреб человек по пять, снаряжать заряды да подносить к орудиями.

— Три десятка человек, — подвел итог Сандор. Атли кивнул.

— Это без учета бойцов, чтобы абордаж отбивать и пилотов для леталинов, что на борта можно навешать. Ах! Ну и механики бы пригодились, навигатор, повар и лекарь.

Ена присвистнул.

— Откуда изгнанники такое судно раздобыли, да еще и с полным трюмом? — спросил Тибор.

— Судно принадлежало Гутлефу, семья у него по богаче наших с вами, — Атли обвел руками собравшихся. — Родичи его резонно полагали, что если он удачно пройдет через ваши острова, то добравшись до Щепок сможет начать неплохую жизнь пирата или наемника.

— Но он не прошел через наши острова, — Ена особенно выделил последние слова.

— Не прошел, — повторил Атли.

— Я сразил богача? — переспросил Сандор, достав из-за пояса нож с золоченой рукоятью.

— Да, всадил собственный ножу дураку в горло, — изгнанник нервно рассмеялся, — вы адьяры конечно добрые рубаки, это не отнять.

— Кто его и за что изгнал, если род его богат. Он не смог откупиться от вины? — спросил молодой гайдук и покрутил клинок в руках.

— Была война, — Атли хлебнул эля, — не так давно, пару месяцев назад. Далеко, у Разлома.

— А команда?

— Разные отбросы, всех изгнали кого за что. Родичи Гутлефа расстарались нас всех вместе собрать. Вот только от старейшин скрыли, что судно вооружено и под завязку нагружено.

— За что тебя изгнали? — Сандор взглянул прямо в глаза юкару.

Тот криво ухмыльнулся, сделал большой глоток и утер рот.

— Была одна девка, очень она мне по нраву пришлась,- Атли отвел взгляд, — ну а я ей нет. Стерпеть не смог и взял её однажды силой.

Повисла пауза.

Сандор поглядел на своего рулевого. Серые глаза того печально смотрели в огонь, золотистые длинные волосы, убранные в хвост, чуть колыхались не ветру.