Сага об Абраксах

— Я то? — вытащил из-за ворота грязной рубахи радужный клык на тесемке, — еще как служил, шел по тропе уверенно.

Тут он внезапно расхохотался и указал руками на недостающие ноги. Сандор приметил линии татуировки на пальцах правой руки.

— С гайдуком Рацо во многих налётах бывал, много славы повидал.

— От чего же здесь оказался?

— В подворотне то? — мужчина сплюнул снова, — не нужен стал, вот и оказался. А ты малой, чего выспрашиваешь то? Сам, небось, удумал тропой идти?

— Уже, — сипло ответил Сандор, продолжая разглядывать мужчину.

У него в голове не укладывалось, как кто-то мог опуститься до такого, особенно воин, что решил посвятить жизнь пламени.

— Ну, ступай тогда твердо и главное смотри куда, — бедняк хитро сощурился, — спрашивай, что хочешь, всё расскажу.

— Расскажи, как потерял ноги, — попросил юноша, — только не историю, а как на самом деле было. Кратко.

— Был налет, мой леталин упал на скалы и прибрал мои ноги с собой, — отвели мужчина серьёзным тоном, без намека на прежнюю дурашливость.

Сандор вгляделся в его лицо и вдруг осознал, что тот не так уж и стар. Лицо осунулось и давно не мыто, но нищему не было и трех десятков.

Холодок пробежал по спине юноши. Вот она судьба воина. Если не смерть, то жалкое влачение. И этого не жаждет?

— Больше ничего знать не хочешь?

— Прощай, — Сандор чуть кивнул головой, — однажды Великое пламя озарит тебя, пусть и в последний раз.

— Ну-ну, озарит, — мужчина хмыкнул и отвернулся.

Сандор хотел было двинуться с места, но затем положил на тележку бедняка купленную книгу.

Юноша не стал ничего объяснять и поспешно удалился. Читать незатейливые глупости ему расхотелось, а тоска, сжимавшая всё в груди, наконец, оставила его. Прошло что-то иное. Гнев.

1.9 Серебро и клыки

Оставшиеся до назначенного визита к лекарю дни пролетели не заметно, Сандор успел даже забрать у кожевника свои обновки. Рука зажила хорошо, лекарь без особого труда снял швы, еще раз похвалил его повязки, и робко перепросился, не хочет ли юноша стать его учеником.

Можно было попытаться отправится к нему без приглашения. Однако такой поступок мог быть воспринят как дерзость и юноша ничего не добился бы кроме наказания.

Поэтому он не стал торопиться и передал просьбу о встрече через Яноша Митоцу.