Сага об Абраксах

— Атли, сможешь подвести Плясунью к перешейку между скал? — Сандор обратился к рулевому.

Тот утвердительно кивнул в ответ.

— Спустимся на канатах на песок, бегом доберемся до пещеры, да поглядим, что внутри, — пояснил Сандор ормесу.

— Господин, позволь мне пойти на разведку, — сказал тот.

— Пойду я, — Сандор отложил трубу, — с Еной и Золтаном.

— Господин, — начал было ормес, желваки его заиграли, — господин, это не разумно и опасно.

— Я согласен, — подключился Атли, — если на судно вдруг нападут, нам придется удерживать позицию и ожидать твоего возвышения.

— Что бы их можно было бросить в случае чего? — Сандор скривился.

— Оставить на время, а потом вернуться.

— Нет, — Сандор хлопнул себя кулаком по груди.

— Господин там может оказаться нежонь или засада! — Выпалил Тибор.

— Я буду осторожен, ормес. А если на судно нападут, можете отступить и вернуться за мной после. Это приказ.

Тибор, Ена и Атли хлопнули себя по груди. Мальчишка Индор, вытянувшийся по струнке рядом с рулевым, повторил жест.

— Тибор, с этого момента ты — хорка, — Сандор и окинул взглядом собравшихся, — вот свидетели. Командуй Плясуньей в моё отсутствие.

— Господин, благодарю, — Тибор замешкался, — прости мои постоянные пререкания и...

— Они меня утомили, не буду отрицать, — сказал гайдук, подошел вплотную к мужчине и положил ему руку на плечо. — Не знаю, как руководил прошлый твой господин, но я жар чужими руками загребать не стану.

— Я так думаю, нам нужны копья и ружья? — спросил Ена, скорее чтобы разрядить обстановку.

Сандор кивнул ему в ответ.

Трое мужчин собрались быстро, каждый облачился в укрепленный жилет и прихватил нож. Золтан взял своё копьё и пистоль, Ена новый карабин, Сандор же ограничился парой пистолей.

К тому времени как Плясунья, под чутким управлением Атли, начала аккуратно снижаться к песчаному перешейку между островами, мужчины уже стояли на правой орудийной палубе и привязывались к канатам, что затем скинули за борт.

Сандор глянул на воинов, что стояли у орудий, на Тибора, что спустился на палубу.

Лицо ормеса напоминало ему камень: уголки губ опустились, а кожа натянулась на скулах. Он не скрывал отношения к задумке гайдука, но при воинах хранил молчание.

— Великое пламя озарит нас! — рявкнул Сандор и воздел кулак к небу, облачко пара вырвалось из его рта.

Собравшиеся ответили таким же криком.

Гайдук глянул за борт — судно достаточно снизилось, канат уже гладил концом песок.