Даркут: взросление. Том 1

Вскоре мать и дочь выехали из аила. Ормана хотела сесть на Виража, но мать оседлала для нее взрослого гаура. Поначалу девочка дулась на маму, но потом забыла про обиды.

Они мчались к лесу у подножия Ируанских гор.

В воздухе летали жаворонки. В долине гигантские пауки охотились на оленей.

К вечеру степь сменилась холмами, покрытыми деревьями в два человеческих роста. А потом усталые гауры подъехали к лесу. Черные стволы деревьев шатались от ветра.

— А почему его назвали лес Вздохов? — спросила шепотом Ормана.

Мать усмехнулась.

— Прислушайся, золотце, и ты услышишь, как дышат деревья.

Они въехали в лес и сразу потемнело, хотя светила еще только клонились к горизонту.

Ормана напряженно слушала шорохи. В самом деле, деревья будто бы стонали под напором ветра и звали ее по имени. Она огляделась и ей показалось, что дубы и вязы протягивают к ней ветви, пытаясь схватить и утащить наверх.

Из кустов вышел исполинский лось с ветвистыми рогами. Он был так огромен, что Ормана могла бы проехать под ним на гауре, не наклоняя головы.

Девочка оглянулась на маму и чуть не закричала от ужаса. Ей привиделось, что вместо матери на спине гаура сидит черное горбатое существо с длинными руками и ногами.

— Мамочка… — снова прошептала Ормана.

Лось легко прыгнул в кусты и скрылся из виду. Когда Ормана снова оглянулась, то увидела, как мама ласково улыбнулась.

— Что случилось, золотце?

Ормана потрясла головой.

— Мне показалась, что ты превратилась в чудище.

Они поехали дальше. В лесу темнело.

— Далеко еще? — спросила Ормана.

— Нет, совсем близко, — мать огляделась и вдруг заухала, как сова: — У-ху, у-ху, у-ху.

— Ты чего это? — улыбнулась Ормана.

Спереди, из-за стволов деревьев послышалось ответное уханье. Ормана тронула было гаура, чтобы узнать, кто это, но сзади из кустов с ревом выскочил пещерный медведь. Пожалуй, побольше недавно виденного лося. Подскочил к гауру мамы, хотел схватить.

Вместо мамы на гауре снова сидело черное шерстистое чудовище. Подняло трехпалую корявую руку, что-то прошипело.

Медведь замер. Совсем, как саркозух вчера на речке. Ормана тоже не могла пошевельнуться от страха.

Чудище снова зашипело. Медведь развернулся и ушел прочь, ломая кусты. Смирный, как ягненок.

— Мама, где ты? — спросила тихонько Ормана.

Страшилище щелкнуло пальцами, но ничего не изменилось. Как было черным и волосатым, так и осталось.