Спаситель. Книга 3

Или ты ничего не слышал об этом?

Чагарэ конечно же слышал об этом древнем обычае, берущем свое начало еще от первых подгорных владык. Согласно ему, выкрикнувший призыв «вергельд», заявлял о своем праве на долю в военной добыче войска, которую следовало сразу же ему отдать. В исключительных случаях реализация права вергельда откладывалась до конца военного похода.

- Какая еще к чертям добыча? - промокший до нитки тысячник начал приходить в бешенство, глядя на важно вещавшего перед ним коротышку. - Да мы еще даже противника не видели! И ни черта не сделали! Или твои … уже кого-то разбили? А? - стоявшие вокруг них шаморцы при этом издевательски заржали.

Насупившийся гном побагровел так, словно его в этот самый момент должен хватить удар. Сжавшие рукоятку секиры толстые пальцы побледнели.

- Вергельд — это наше право и любому, кто это будет оспаривать я раскрою череп своей секирой, - и словно в подтверждение своих слов он с силой тряхнул оружием. - Мои предки выкрикивали Вергельд еще тогда, когда твои.

А от этого уже «завелись» окружавшие их легионеры ближнего круга, которые потянули из ножен мечи. Самого же Чагарэ уже кто-то полуприкрыл сбоку широким щитом, оставляя ему свободной для удара правую руку.

Тысячник в этот момент тоже смотрел на исходящего упрямством гнома, отчетливо представляя себе, как наглого коротышку пронзают мечи и тот, корчась на земле, хрипит от боли. Он видел и резкие удары мечами, и брызги крови, и замешательство остальных гномов после убийства их предводителя, и … жуткий взгляд Сульдэ, наказывающего того, кто посмел ослушаться его приказа.

- Стойте, - вытянул он руку вперед, отталкивая от себя прикрывающий его щит. - Стойте. Мы немного погорячились..., - Чагарэ с кряхтением слез с жеребца и подошел к гному. -Между нами не должно быть склок, - видимо гном после этих слов что-то рассмотрел в глазах тысячника и его секира начала опускаться вниз. - Всему виной усталость... Мастер Тронтон, мы уважаем своих союзников, и конечно право вергельда священно и для нас.

Удивляться и особенно обманываться этой речи и ее интонациями конечно же не стоило. Буквально выдавливавший из себя успокаивающие гнома фразы, Чагарэ в эти мгновения думал совершенно о другом — он прямо таки жаждал зарубить обнаглевшего коротышку... И лишь тихие слова его хозяина, Сульдэ Неистового, звучавшие в его голове, останавливали тысячника. «... Сейчас этот сброд нужен нам.