Спаситель. Книга 3

Толстяк еще говорил о каких-то золотых стенах и поле. А их одежда? Это же настоящий шелк! Да, его не каждый сотник мог позволить… Чего добивается этот коротышка? И что он готовит еще?».

В этот момент Хек вдруг вскакивает с места.

- А это?! Вы видели это?! – ревет он, вытаскивая из складок своей рубахи какой-то сверток. – Вот! Кинжал из настоящего гномьего железа! Глава клана одарил таким каждого из нас! – Квин повернул голову и тут же словно прирос глазами к сверкающему черному блеску клинка, которым Толстяк тыкал вверх.

– Вот! И он сказал, что точно такой же получит каждый стахановец. Ну тот, кто будет лучше всех трудиться.

… Надо ли говорить, что в этот и последующий дни нормы в три вагонетки руды легионеры Квина не просто перевыполняли, а многократно перевыполняли. В один день, полумертвые от усталости, они вообще приволокли к воротам десять вагонеток, доверху груженных красной рудой.

Глава 15

Отступление 29

Южные предгорья Турианского горного массива.

Земля клана Сломанной Секиры

Четвертый гонг бронзового колокола, отмечающего вечернюю часть суток древнего города, прозвучал уже давно.

Опустели узкие штреки, покинутые усталыми рудокопами. Медленно остывали огромные горны, в которыхпоследние дни без устали ковалось обоюдоострые секиры, массивные панцири и прямоугольные щиты.

Однако, оказалось… не все покинули полутемные подземные переходы, мрак в которых едва разгонялся чадящими лампами. Кто-то все же тихонько, серой мышкой, крался от поворота к повороту, то и дело останавливаясь и с тревогой вслушиваясь в темноту.

Это была невысокая, закутанная в темный плащ, гнома.

- Тир, - негромко позвала она, добравшись до условленного со своим возлюбленным места. – Тир, это я, Кора.

Ее едва слышный голос уносился в даль коридора тягучим эхом, отчего она всякий раз вздрагивала и еще сильнее куталась в плащ.

- Тир, где ты? – она сделал несколько шагов в сторону – туда, куда свет светильника едва доставал. – Ты меня слышишь? – голос ее снова и снова безответно убегал в темноту, заставляя ее еще больше нервничать.

– Тир?

В этот момент со сторону рудных штреков, откуда еще несколько часов назад раздавались удары кирок и лязганье вагонеток, послышались легкие шаги. Через мгновение в темноте стала вырисовываться крупная фигура в плотном кузнечном фартуке.

- Кора, Кора, я здесь, - последний десяток шагов юноша уже бежал, пока, наконец, не заключил девушку в объятия.