Спаситель. Книга 3

- А мой… Владыка…, - Тимур автоматически отметил это «владыка», так как до этого мига Кром всегда называл его, по-старинке, «мастер». – Мой батька там будет? – и во взгляде этого здоровяка было что-то такое жалостливое и просящее, что ответ мог быть только один. - …

Колин поднял голову, и непонимание посмотрел на него, потом с удивление перевел взгляд и на подобравшихся ближе, остальных. Его взгляд остановился на заплаканной печальной мордашке Амины, с дикой надеждой смотревшей на него, и на ее отце, с лица которого, кажется впервые за эти месяцы исчезло угрюмое, непроницаемое выражение.

Тимур смотрел на них и понимал, что они все спрашивали об одном и том же – что там их ждет? Он молчал, продолжая смотреть то на них, то лежавшего в снегу гнома. Что он должен был им рассказать? ЧТО? И в это мгновение в его голове словно щелкнул невидимый тумблер и … ПРИШЛА ИДЕЯ! «Как же я мог забыть?! Я же Ледяной Владыка, древний ужас, пришедший из снежных глубин! Я же тот, что трясет скалы и кому подчиняется огненный змей! А значит, я просто обязан все знать о загробном мире!».

Конечно, сейчас его беспокоили, в первую очередь, не морально-этическая сторона его обмана, а выживание и его самого и его близких. Да, если честно, Тимуру мысль о том, что рассказывая гномам басни о загробном мире, он совершает что-то плохое, и в голову не приходила. Да, это было цинично! Да, это был обман! Но в данный момент это был очень сильный ход, который не только существенно усиливал его позиции в клане, но и был потенциальной заявкой на нечто большее… Ибо весть о том, что Владыка топоров видел и знает мир Подгорных богов, в скором времени должна облететь ближайшие земли!

- … Да, брат, - с уверенностью начал Колин, крепко схватив Крома за руку.

– Твой отец там, в дружине Подгорных богов… И твой, и твой, - взгляд его медленно прошелся по сидевшим прямо на снегу фигурам. – И мужья и сыновья ваши все там! И любой, - его голос становился все сильнее. – Из топоров, кто погибнет за клан, будет великим почетом встречен братьями Подгорными богами. Он будет вечно сидеть за пиршественным столом вместе со всеми своими предками, славя славные деяния своего клана!

В глазах, смотревших на него гномов и людей, его речи уже не были обычными словами. Они обретали силу и мощь священного откровения, которое давало им всем новые скрепы, новые ориентиры. И все это мистически естественно накладывалось на их мысли и ожидания, выталкивая из их голов отчаяние и страх.