Княжий сын. Отцовские долги

Сколько раз я был вместе с той девчонкой, которую обещали отдать в жены человеку-медведю, и которую я спас от этой незавидной в общем-то участи? Пять, шесть? Что, если я все-таки умудрился заделать ей при этом ребенка?

Вот, представим, что получится у нас все задуманное, что получу я власть, если не во всех Пяти Княжествах, то хотя бы в Брянске, пусть пока что я даже не представляю, как именно это провернуть. Естественно, что я позабочусь о том, чтобы у меня остались наследники, дело это нехитрое в самом деле.

Не попытается ли кто-нибудь потом использовать моего внебрачного сына, чтобы отобрать власть у законного наследника? Все-таки, как не крути, княжеская кровь - не водица.

- Не боюсь, - усмехнулся боярич и принялся надевать воинский пояс с притороченными к нему ножнами. - Если заделаю, то в дружину его возьму, как в Польше делают. Наследных прав это ему не даст, но жить будет при моем боярском дворе, ходить под моим началом. Да и почет кое-какой это ему обеспечит, - Никита задумался на секунду и добавил.

- Это-то как раз самое трудное, - усмехнулся я.

- Ладно, пойдём, - боярич поднялся на ноги, снова погладил по голове девушку и добавил, обратившись уже к ней. - Если Николай нас искать будет, то пусть на постоялый двор приходит.

Он взял меч, спрятал его в ножнах и вместе мы двинулись прочь из комнаты, спустились по лестнице, вышли на улицу, оказавшись под лучами местного ласкового солнца.

- Возьмем лошадей? - спросил у меня боярич.

- Не, - мотнул я головой. - Пешком пройдемся, погода-то хорошая. Да и недалеко тут идти.

- Зря ты так, - усмехнулся Никита. - Если человек важный, то он всегда верхом должен быть - так положено, задери его медведь. Тогда все вокруг увидят, что непростой человек едет. А пешком пускай смерды и челядины ходят, им не зазорно говно ногами месить.

- Я и сам из смердов, - я рассмеялся, но тут озвучил основную причину, почему не хотел ехать верхом.

- Как будто тут в лени дело, - буркнул боярич, но больше настаивать на том, чтобы взять лошадей, не стал.

Мы вышли за ворота и двинулись по оживленной улице в сторону постоялого двора, где расположились мои воины. Никита шел чуть впереди, потому что он там уже бывал, и дорогу знал, а я сам вышел из комнаты впервые.