Миссия

— И даже Сибирь? — в рыке монстра слышалось недоверие.

— Это всего лишь проекция, ничего сложного, — усмехнулась девушка.

— Хватит трепаться — ударь меня! — раздался рёв.

Антиматерия. Рывок на тушу впереди, чтобы включить его в поле динамокинеза, поиск энергетического ядра. Кинетический импульс на двадцать килограмм тротила. Фонтан мяса, брызнувший из тыльной части монстра.

Посмотрев на опадающую мёртвую тушу, истекающую кислотой и кровью, она повернулась к Джеку и Ампутации.

— И что мы с тобой будем делать? — спросила она девочку, позволив ей говорить и двигаться.

— Моё тело содержит огромное количество штаммов вирусов, убьёшь меня — и это всё выйдет наружу! — взвизгнула та, отползая назад.

— Ты же понимаешь, что у тебя ничего не выйдет, я полностью контролирую передвижение материи вокруг себя, — негромко проговорила девушка, присев перед ней на корточки. Рядом что-то промычал онемевший Джек, и Тейлор рассеянно оторвала ему обе руки, заставив того биться от боли головой о землю.

Притянув к себе Райли, девушка положила руку ей на голову и активировала поглощение знаний.

Картины невыразимых зверств, мучений людей и бесконечных экспериментов наполнили разум Тейлор. Принципы соединения носителя с осколком, создание имплантов, хирургия — многое из этого оседало полезными знаниями на подготовленный разум Тейлор. Да, конечно, большая часть из них работать не будет, но есть и полезные вещи. Тело под рукой начало биться в припадке, но она не останавливала процесс.

Знания, умения, навыки, личные воспоминания.

Давно прекратился процесс, девочка затихла, потеряв сознание. А Тейлор сидела и плакала. Разум геймера купировал эмоции, но она сама решила, что такое знание стоит пролитых слёз. Эти переживания стали слишком личными.

Взглянув в опухшие от слез красные от полопавшихся капилляров глаза Джека, она сжала губы в тонкую ниточку и запустила динамокинезом постепенное разрушение его нервной системы, поддерживая только работу сердца и мозга, и придерживая его, когда тело начало биться в конвульсиях от невозможной боли, будучи даже неспособным потерять сознание от болевого шока.

Он выдержал двадцать минут чудовищных пыток, пока нервная система тела окончательно не сгорела, и ещё три минуты, пока не сгорел его мозг.