Аномальный наследник. Том 1 и Том 2

Да, бандиты могут убить человека. Но делают это редко. Потому как полиция за трупы жёстко карает. Простолюдины не могут убивать друг друга! Это монополия аристократов.

Я не один день размышлял, как лучше вести себя с агрессивными соседями, и справедливо предполагал, что после неудачного ограбления во время турнира, они ещё разок захотят нас обчистить.

— Господин, они едут. Пять машин, — сообщил Вадим.

— Минимум двадцать человек? — хмыкнул я. — Как я и думал, они не рассчитывают столкнуться здесь со всеми нами.

У наших соседей, прозванных «Белыми медведями» в честь кабака, в котором часто зависают, раньше было около сорока бойцов.

Вот такая вот забавная корреляция — среди общей массы простолюдинов осветлённых мало, а вот в преступных группировках, состоящих из простолюдинов, их треть, а то и половина от общего состава.

А вот неосветлённые, как правило, в основном и используют огнестрельное оружие. Чтобы хоть как-то выровнять свои шансы.

Вот и сейчас часть наших «душ» — так иногда называют неосветлённых, стоит на постах, наблюдая за противником. Другая же часть будет сидеть в засаде с пистолетами. При идеальном раскладе им даже в бой не придётся вступать.

— Бром, ты меня понял? Стреляйте только в крайнем случае, — я подошёл к старшему из «душ».

Мускулистый мужик ста восьмидесяти семи сантиметров росту (считая подошву обуви) тряхнул чёрной гривой:

— Понял, глава. Надеюсь, вы с ребятами справитесь.

— Справимся, — я ободрительно хлопнул его по плечу.

Подойдя к окну, я выглянул на улицу. Темно у нас. Фонарей у дороги мало, а тот, который висит над нашей позорной выцветшей вывеской, вообще света почти не даёт.

— Глава, могу обратиться?

— Давай, — я повернулся к Отмеченному Дланью. В зале было довольно тихо, и многие с любопытством смотрели в нашу сторону.

— А может, вы это... Ну... Покажете им свою мощь, и они к нам присоединятся, а? — заискивающе проговорил Лысый. — Это же круто будет, да же? Нас больше станет! А потом сможете и остальных впечатлить! Так же, как и нас тогда, ну?

Какие глубокие мысли, оказывается, водятся в его лысой голове. И ведь логично свою теорию выстроил. Не знает про мою ауру, но понимает, что почему-то решил следовать за мной. Думает из-за силы.