Легенды Мелизоры-3. Пробудить бога

Маруся к тому же разжилась неплохим композитным луком: среди «зашитых» сегодня оказались не только бойцы-кулачники, но и лучники.

Когда с монстрами было покончено, маг махнул рукой, указывая дорогу через зал к противоположному коридору.

Чем ближе мы подходили к Золотой пещере, тем настойчивее меня посещала мысль: и маги, и городские власти уже знают, зачем мы сюда повадились, не прикроют ли они эту лавочку? Отказываться от найденного богатства совсем не хотелось. Надеюсь, Копус не нарушит приказ Шериуса и не полезет в пещеру.

Поплутав по коридорам, неуклонно уходящим вниз, мы, наконец, остановились у знакомого пролома в стене.

– Пришли, – шепотом сказал маг.

– Ты с ним? – поинтересовался Серый.

– Нет, – резко ответил Копус.

Он красноречиво передернул плечами и сделал шаг назад. Отлично, мне это только на руку. Неудивительно, что ему не хочется соваться в эту дыру, как минимум два его собрата там уже полегли.

Взяв у Сереги факел, я подошел к проему и втянул носом воздух. Изнутри шел странный, неприятный запах.

– Отойдите! На ту сторону, а еще лучше – в коридор, – прикрикнул Копус на моих друзей, которые уже стояли рядом. – Здесь опасно.

– Ну и вонь, – Серега поморщился и ушел в дальний угол, потянув за собой Марусю.

Я оглянулся – три их фигуры едва виднелись в темной глубине пещеры. Филин, которого Маруся держала на руках, и вовсе не был заметен. Только Фрося плавала неподалеку, с трудом сдерживая любопытство.

– Сумку здесь оставь! – громким шепотом потребовал Копус.

– Это еще зачем?

– Он может подумать, что ты вор или агрессор.

Я скинул вещи на пол и полез в дыру. В нос ударил запах гнили. И, как вчера, тут же загудела голова, ослабели руки, к горлу подступил ком. Я поднял факел повыше и, взглянув под ноги, интуитивно отпрянул: вместо бьющихся сердец на земле валялись гнилые комки плоти, в которых копошились черви. Точно такие же, как в сегодняшнем сне! От отвращения меня передернуло.

Трупы монахов лежали там же, где и вчера, с ними никаких изменений не произошло.

Ладно, все это лирика. Сейчас надо решить главную задачу, а о судьбе-злодейке можно и позже подумать. Собрав волю в кулак, я со всей возможной твердостью выкрикнул:

– Ворожен!

Тишина. Лишь в углу, как мне показалось, мелькнула неясная тень.