Легенды Мелизоры-3. Пробудить бога

Я в недоумении нахмурился – тоже мне вояки. Да мы их сделаем шутя.

– Пойдемте, я все объясню, – засуетился Прокопий, – Борис, поскольку они новенькие, вы будете у провала.

– Окей, – кивнул тот.

Серега притормозил и, не разжимая зубов, бросил:

– У главного топор. Девчонка явно маг. Кто третий, пока не понял.

– Похоже, рога, – прошептала Маруся.

Смотритель подвел нас к арке и начал объяснять:

– Ваш сектор тот, что ближе к центру трибун. Стройтесь, как считаете нужным. Петов, я это уже говорил, в бой брать запрещено, – Прокопий перевел взгляд с Диогена на Фросю, – так что вы отойдите.

Мои питомцы с недовольным ворчанием отлетели и угнездились на ближайшей к арке скамье трибуны, а смотритель продолжил:

– Разрешено использовать любые приемы, любые подручные средства. А вот зелья пить нельзя. Сумки сложите здесь. Можете не беспокоиться, их никто не тронет.

– Нет уж, – послышался голос Диогена, – лучше рядом со мной на скамье.

– Пусть так, – согласился смотритель. – Бой начинается после третьего удара колокола.

Видите бортик, отделяющий арену от трибун? Если кого-то через него перекинут, он выбывает из боя. Умереть здесь нельзя, когда останется один хит, браслет выведет вас из битвы. Слишком больно не будет: у нас работает магия, поглощающая ощущения от урона. Все понятно? Вопросы есть?

– Жалко Катюшу с собой не взяли, бафф не помешал бы, – вздохнула Маруся.

– Это бесполезно. Врата Очищения, – Прокопий мотнул головой в сторону арки, – обнуляют любой бафф. Кастовать его можно только в бою.

Он полез в суму, достал из нее что-то и показал нам. На закованной в железную перчатку ладони сверкнула желто-красным металлом шестиугольная безделушка, на которой была выгравирована буква «Р».

– Если будете часто побеждать, то войдете в число лучших и получите вот такие жетоны. С их помощью счастливчики телепортируются на прекрасный Риалон. А теперь вперед!

Знание мира: +1, текущее значение: 56

Мы вышли на песчаную площадку. Тройка Годунова уже заняла позиции и ждала, пока смотритель закончит давать нам разъяснения.

Позади нас оказалась трибуна, а за спиной соперников – та сторона арены, за которой зияла пугающая пустота. Ее-то, как я понял, Прокопий и называл провалом.

Маруся юркнула за наши спины, Серый вытащил шестопер, а я приготовил Кладенец, шепнув:

– Первым бьем рогу.

За спиной громыхнул колокол. Обернувшись, я посмотрел на него и замер от удивления: его раскачивала горгулья, та самая, которая показалась мне красивым декором.