Выживая среди магов. Академия Думбаджо

Меня, если честно, тоже – слишком много мужчин на квадратный метр, причем, магов, демонов, драконов, и кого-то еще. А я – одна.

По мере того, как нарастал шум, я все сильнее втягивала голову и мысленно ругала Акеллу всеми известными мне словами. Как он додумался засунуть меня сюда, в самое пекло? Серьезно думает, что я выдержу здесь хотя бы день? Шоколадный демон прав, мне тут придет крышка. И, скорее всего, быстрее, чем в бегах от семейства нагов.

Идея смотаться из этого Думбаджо показалась соблазнительной, но потом вспомнила – я ведь больше не в обычном мире и попасть туда, скорее всего, мне не светит.

Только эта академия не спешит меня принимать.

Точнее, ее прозелиты.

Маги, тем временем, шумели все сильнее. Я старалась не вслушиваться, но все равно улавливала фразы вроде: «гоните ее к троллям», «дайте мне эту киску, я покажу ее место», «у нее классная задница, не выгоняйте.

Самое обидное, сказать мне пока действительно нечего.

К моему удивлению, вперед вдруг вышел шоколадный демон Барнабас, хмурый и угрюмый. Толпа нехотя, но все же стала затихать, на него устремились полные внимания взгляды.

- Слушайте, - проговорил демон кривясь, - мне самому всё это не нравится. Сами знаете, девок я люблю. Ну вы поняли, - снова послышались смешки, видимо говорит правду. – Но мастер Като поместил ее сюда как нового прозелита.

Гомон опять стал подниматься, белорогий демон выкрикнул:

- Хорошо устроились. Втроем будете ее иметь, а другим не дадите?

Барнабас оскалился, и в этот момент я до конца осознала – он действительно демон, потому что шоколадный в один момент как-то вырос, плечи раздались еще шире, а клыки вытянулись, а белок глаз затянуло сплошной пеленой пламени.

- Не твое дело, кого я имею, - прогудел он так, что у меня завибрировали внутренности. – Но девка обижать не дам. Кто тронет - оторву помидоры.

- Огненные, а вы не охамели? – спросил тот, с красной кожей.

Голос подал золотоволосый дракон, все так же мило улыбаясь, но я поняла – в этой улыбке чистая угроза и ничего больше.

- А если охамели? – поинтересовался он.

Миндалевидные глаза краснокожего сузились, он вперил в него взгляд.