Драконы Акселя

Это у тебя что за рана? Вся повязка в крови…

– Я обжёг руку… и… порезал… – путник попытался спрятать руку, а монах причмокивая покачал головой, – но Марк мне нужен не для этого… я хотел спросить его совета в одном деле…

Старик, продолжая неодобрительно кивать, задвинул засов:

– Идём со мной, юноша.

Они шли по территории обители, Аксель смотрел по сторонам и отмечал про себя как тут всё изменилось, точнее… ещё не изменилось с того момента, как он будет здесь последний раз.

– Марк уже три дня лечит какую-то даму.

Она то ли сильно больна, то ли… беременна, – продолжил привратник, провожая Акселя к кельям для гостей, – Наверное, он ещё занят ею, а если и освободился, то спит. Но ты сможешь поговорить с ним завтра.

Аксель промолчал. Он не вполне понимал, что ему делать дальше. Обожжённая кровью Дракона и изрезанная рука жутко ныла, он устал, хотел спать и хотел есть, но… при этом всём он чувствовал себя другим человеком, он был спокоен. Он твёрдо знал, что сейчас – сегодня или завтра, это не так уж важно – он увидит Марка и сразу поймет, каков его следующий шаг.

– Просто скажи Марку, что наш общий друг, граф Дорес, прислал меня… – начал Аксель, выдумывая на ходу, – на случай если потребуется помощь… защита… или… какое-то срочное дело, может…

Монах с опаской оглянулся на Акселя:

– Так ты, похоже, вовсе не путник, юноша? Ты наёмник?

Аксель, ещё ниже опустил лицо, скрытое капюшоном и откинул полу плаща, показывая монаху меч на своём поясе.

– Ужасное пришло время, молодой человек, ужасное, – привратник снова осуждающе покачал головой, – люди стали лгать друг другу.

Сегодня никому нельзя верить. Я передам твои слова Марку и пришлю к тебе лекаря…

Дальше они шли молча. Аксель вспоминал покрытые блевотиной скамьи замка, Леопольда разливающего вино на своих подданных и Ахана, который вёл их с графом в лес у подножия горы, чтобы убить. Он хотел сказать старику, что тот живёт, может быть, в самом благостном времени, которое возможно, но не мог этого сделать.

Монах привёл его в келью. Через минуту другой брат принёс путнику воду и немного еды.

Аксель сел на твёрдую лежанку.

– Марк… – прошептал он, – надеюсь, ты не спишь…

Марк не спал. Он сидел в келье аббата и горестно качал головой:

– Ну… как же так? Неужели совсем ничего нельзя сделать?

– Это её решение брат. Ни ты, ни я, ни даже Ленард не сможем ей запретить поступить так, как она решила. Она просто защищает своего ребёнка.