Цитадель в Огне

Все молча смотрели на человека, который так резко изменил их жизни, а он с вялым интереса человека, живущего уже сотни лет, скользнул взглядом по их напряженным лицам.

- Давайте думать, - предложил он, но в голосе прозвучало сомнение, что эти простейшие существа могут думать, - а то и мыслить. Вы убедились, что даже искреннего желания недостаточно, чтобы сразу вот так легко создать нечто важное и нужное.

- Почему? – спросила Каонэль печально. – Мы создали легко... Ну, в сравнении с тем, через что прошли. Вспомнить страшно.

Ихтионка прижалась к ней, маленькая и печальная, вертикальное веко часто заморгало, она пискнула тоненьким голоском:

- Я думала, уже все...

- Вы создали, - напомнил чародей, - и проявили силу Талисмана! Это много. Правда, создали не совсем то, что хотели все. Создавали, не советуясь с другими и не учитывая их особенности и желания. Желтоглазка, ты таким хотела свое дерево?

Каонэль подумала, сказала резко:

- Это потому, что дерево создавали вместе со мной и гном, что ничего не видит кроме своих пещер, и болотный огр, и даже тролль, для которого деревья просто какие-то мешающие ему кусты?

- Вот-вот, - подтвердил чародей.

- Как? – спросила Каонэль с подозрением. – Чтобы снова не испортить все и все-все?

- Вы теперь Хранители Талисмана, - напомнил он торжественно и с некоторой странной печалью в голосе. – Вместе – исполинская мощь!.. Но только, если желаете все чего-то одного.

Лотер прорычал зло, но с тоскливой волчьей ноткой:

- И снова мордой о то же дерево?

- Вот-вот, - сказал чародей. - Нужно, чтобы ваши желания совпадали. Скажем, если хотите сотворить камень, то все должны пожелать одинаковый, как по размеру, цвету, так и породе.

Лотер буркнул:

- Ну да, огр сотворит с гору, а мелкинд с козий орешек.

Виллейн обидчиво вскинулся.

- Ты чего? Возжелал в морду?

- За своей смотри, - ответил Лотер с ехидцей.

Мелкинд торопливо оглянулся на исполинского огра, но тот внимательно слушает волшебника, никого больше не замечая. Стоит, скрестив руки на груди, живот вывален, несчастный кушак натянут и впивается в бока, но огра, похоже, это мало беспокоит. Он тихо сопит, под кожей плавно перекатываются валики жира, что на самом деле не жир, а особые мышцы, которые помогают переваривать еду.