Голован

Он был нашим мозгом, и именно его палец мог совершенно неожиданно ткнуть в какую-нибудь краказябру – «А вот это, пожалуй, интересно!», «Заверните две штуки, будь ласка!». Ну, последнее предложение это я так, от себя добавил для полной литературной непогрешимости. Дневник есть дневник. Выражение личностного отношения к миру посредством ручных каракулей, не более того.

Однажды мы попали в некое полузакрытое, явно уже давно дышащее на ладан, но все еще засекреченное, научно-производственное учреждение. Подписи и печати «боевой инвалидной тройки» открывали нам все подобные двери нараспашку.

Зданьице, где помещалась контора, было скромного вида, так что нахождение в нем пятых, или каких там еще ступеней ракет вроде бы не предвиделось. Конечно, если под скудной постройкой не вырыт десятиэтажный подвал. Но пронесло: подвал начисто отсутствовал. Зато нам показали чудо из чудес.

– Очень бы хотелось, чтобы вы прихватили наше ноу-хау с собой, – местный менеджер общался почти заискивающе. – Честно сказать, нам позарез требуется боевое испытание.

Срочно требуется.

– Э-э… Но мы вообще-то собираемся в джунгли и не все колесное сможет…

Я впервые наблюдал Жужа Шоймара растерянным. По крайней мере, чуть-чуть.

– Колесное – это просто как вариант размещения. Нашу милашку вполне можно использовать в переносном варианте. Однако перед применением все же следует собирать.

– А можно более подробно, о самом изобретении, коллега, – предложил Шоймар.

– Ай, момент, господа, – расцвел менеджер. – Перед вами самое скорострельное в мире оружие.

Абсолютно новаторская система истребления врага в ближнем бою. Скорострельность нашей милашки достигает миллиона выстрелов в минуту.

– Серьезно?! – не удержался Маргит Йо, наш штатный военный, приставленный к экспедиции по протекции генеральской «инвалидной тройки», и ныне всегда сопровождающий нас по делам программы милитаристского оснащения.

– Так точно, командир! – подмигнул ему менеджер этой полувоенной-полукоммерческой шарашки. Мы решили эту проблему.

– А она разве была? В смысле, кто ее ставил?

Похоже, Жуж Шоймар умеет с ходу попадать в яблочко. Менеджер почему-то мнется, несколько меняется в лице.

– Да… – лепечет он, – в этом есть своя проблема. Но все же, если вы не против, об общих принципах. Если кто-то скажет, что наша система идентична какой-нибудь осколочной гранате, то это совершенно неверно. Насколько разлетаются осколки у любого боеприпаса? На метры, на десятки метров. Сотня – уже предел.