Проклятый рыцарь

– Или ты мазохист?!

- Предлагаю попробовать другой подход, чтобы немного ускорить процесс! – раздался голос за моей спиной.

Аннабель сжимала в руке непонятно откуда взявшийся нож.

- Стой, мы…, - я хотел было сказать, ей что мы так не договаривались, но она даже не стала меня слушать.

- Ты же хочешь найти Ребекку до того, как они ее убьют? – на этот аргумент мне просто нечего было возразить.

Поэтому она оттерла меня в сторону и схватила лицо судьи свободной левой рукой с такой силой, что из-под ее ногтей, впившихся в его кожу, тут же начала сочиться кровь.

- Слушай ты, тварь! – ее правая рука с ножом метнулась к его лицу. Лезвие застыло в миллиметре от расширившегося от ужаса и испуга зрачка. – Шутки кончились! Мы будем спрашивать, а ты отвечать! Если нам покажется, что ты лжешь или вздумаешь крикнуть еще раз – пеняй на себя! Кивни если понял!

Судья судорожно кивнул и Аннабель аккуратно вытащила кляп, готовясь тут же запихнуть его обратно, если что.

- Скажи ему все, что он захочет узнать! – властным тоном приказала нашему пленнику Аннабель и уступила место мне.

Пленник еще раз кивнул и заговорил. Я спрашивал – он отвечал. И я услышал, пожалуй, даже больше, чем хотел бы. Как оказалось, под оболочкой богатства и успеха, под личиной добропорядочных горожан, столпов общества, иногда скрываются истинные чудовища. Сложно было поверить, как такой негодяй смог стать судьей, а теперь еще и пытался пролезть на пост мэра. Скажем так, взятки, которые он получал за то, что закрывал дела на всяких поддонков, были далеко не самым тяжким из его списка грехов.

Впрочем, в конечном итоге мое терпение оправдалось – я получил адреса еще нескольких мест, где мог прятаться Дариус. Номера его телефонов я тоже получил – вот только ни по одному из них никто не брал трубку.

- Ну уже хоть что-то! – резюмировал я полученную информацию. – Вопрос, что нам теперь делать с тобой? – я посмотрел на пленника.

- А разве это не очевидно? – спросила меня Аннабель, предупредительно тут же заткнув судье рот. – Разве этот человек вообще имеет право на существование?

- Ты что же, убить мне его предлагаешь? – догадался я. – Связанного и безоружного?

- А разве те жертвы, над которыми он издевался в компании своих подельников, не были связанными и безоружными? – ее ноздри раздувались от гнева. Видимо услышанное потрясло ее еще больше, чем меня.