Просто пушка

Родрик врет всем, что внутри у него китайские золотые монеты, вывезенные еще Марко Поло, но проверить это невозможно: замок-то он скопировал, а ключ – нет.

Мы беремся за любую работу, но почти все деньги нам приносят свадьбы. Ну или что-то, похожее на них. Короче, если нужно провести ночь с женщиной красиво, а в дома у заказчика – нищета и бардак, мы можем обеспечить настоящий шик – так, чтобы и мужчина, и его дама могли заниматься своим делом по-царски. И нет, мы не бордель по вызову: женщина в комплект не входит.

Собрали мы вещи, и пошел я к баронскому казначею за гонораром. Ну, не получилось с эльфийкой – не моя проблема же. В обязанности, так сказать, не входит по баронской жопе перышком щекотать, чтобы завелось у него там все. Вот если бы попросил вежливо...

Казначей посмотрел на меня подозрительно, но мешочек с деньгами достал, передал мне в руки – все как договаривались.

И тут в спину барон орет:

– Стой, Ибрагим!

Это не настоящее имя, конечно, а творческий псевдоним – я ведь человек искусства.

Схватил я мешочек и бегу, бренчу им, за мной коллеги мчатся, но что толку: опустила уже стража мост и лыбится так на нас нехорошо. Но ладно мост – вон, Эля отлично освоила роль бревна, можно и по ней перебежать. Вот только гады еще и дверь закрыли, и мечи достали: в общем, не обойти их.

Так что посадили нас на цепь, а почему – я только утром узнал.

– Я собираюсь в поход на этих жалких трусов ди Вуалье, – заявил барон.

– Удачи вам, мой лорд, – поклонился я. – Буду молиться за ваши успехи на поле брани.

– Ты, Ибрагим, со мной пойдешь, – прищурился фон Краснофф. – И шоблу эту с собой возьмешь.

– Но… – растерялся я. – Зачем…

– Затем! – рявкнул барон, потом смягчился и уже спокойно объяснил. – Стены высокие, крепкие, не хочу зря ребят гробить. Обложим осадой, а жрачка кончится – на коленях приползут, жопу мне языком просверлят, лишь бы бошки не отрубил.

– А мы тут причем?

– Понравился ты мне, Ибрагим! – похлопал меня барон по плечу. – Хочу на тебе спать, а не на шинельке на голой земле. И чтоб эти ди Вуалье смотрели на меня из окон, и мужики – завидовали, а бабы – мечтали.

Так нас с труппой мобилизовали и отправили на войну.

Барон выделил нам Беллу – смирную пожилую кобылу – а с повозкой пожадничал. Поэтому мы потерлись там-сям у войска и нашли подходящий образец, чтобы образ подрезать.