Сотня граней. Зарождение легенды.

– Конкретно обязанностей жреца у тебя не будет. Ты, скорее, станешь моим помощником, и будешь выполнять индивидуальные задания, чтобы я набрал первоначальную силу, естественно, чтобы это быстрее произошло, я буду помогать тебе чем смогу.

Мне нравится, что он отвечает коротко и чётко, без увиливаний. Умеет ценить время. Это хорошо.

– А, если не секрет, каким образом ты будешь восстанавливать силу, мне нужно будет вербовать людей тебе в последователи? – Этот вопрос мне хотелось сразу прояснить, знать, чем предстоит заниматься.

Руам улыбнулся: «Сейчас от последователей не будет смысла: у меня нет как таковой силы, а от них не будет никакой отдачи. Для начала тебе придётся собрать кусочки моей души, разбросанные по всем частям света. Спрятанные в самых разных уголках мира... После того, как это здесь произошло, – Руам медленно провел рукой перед собой и обвел все пространство взглядом, – меня решили окончательно лишить силы и разбили её на множество осколков, спрятав после в самых отдалённых местах, в надежде, что, если я когда-либо вернусь в этот мир, не смогу почувствовать её.

– То есть они знали, что ты не мёртв? – Удивлённо спросил я.

– Конечно, но они и так сделали больше, чем могли. Страх помогал им. И страх же их теперь погубит.

– Ты сказал, что это осколки твоей души. Сейчас ты просто оболочка? Так, получается?

– Нет. Это сложно объяснить, но самое простое – это часть меня, истинная сила, которой я владел. Когда мы их все соберём воедино, я, конечно, не стану сразу тем же самым богом крови, но смогу начать наращивать силу путем набора последователей.

Оп-па, я как-то до этого даже и не интересовался, тёмным богом чего именно он является? Крови, значит. Наверное, он действительно был могущественным.

Руам тем временем продолжал: «Когда это произойдёт, я надеюсь, уже не понадобиться искать последователей. Люди сами будут знать, за кем сила».

Я заметил, что бог ни разу не сказал «если это произойдёт». Он постоянно говорит «когда». Видимо, уверен, что все будет как по маслу, а вот у меня возникали сомнения.

– А светлые боги? Они не станут нам мешать? Разве они не узнают о твоём пробуждении? И не попытаются что-либо предпринять?

– Они сделают все, что в их силах... Но на рожон мы лезть не будем. Пока у нас есть время, и мы им воспользуемся.

– Если все осколки разбросаны так далеко, я даже не могу представить, сколько времени мне потребуется, чтобы добраться хотя бы до одного из них, – это были больше мысли вслух, чем обращение к богу.