Хроники Раскола

В комнате повисла напряженная тишина, разбавляемая шуршание ножей и вилок по тарелкам. Урсула вдохнула, спросила, меняя тему.

— Риккард, рано, конечно, но ты не задумывался о создании собственной семьи? Очаровательная дочь рода Иньлэрт, что навещала тебя сегодня... — она посмотрела на отца, осеклась. После краткой паузы продолжила как ни в чем не бывало. — У южной Повелительницы Нейс подрастает замечательная наследница...

Молчание, нарушаемое нарочито легкомысленным щебетанием матери, казалось еще более тягостным.

— Я хочу собрать Верховный Совет.

— Причина? — равнодушно поинтересовался Альтэсса.

Я посмотрел на леди Исланд, делающую вид, что не замечает безразличного отношения к ее монологу. На уныло ковыряющегося в тарелке младшего брата. Ответил, как можно нейтральнее.

— Завет. Целесообразность следования постулатам Завета.

Урсула нахмурилась, на лице матери читалась тревога. Брат замер, прислушиваясь к разговору с азартом бунтовщика.

— Кагерос рассказал? Как много ты знаешь?

Первый вопрос я проигнорировал.

— Достаточно, чтобы...

— Забудь, — отрезал Повелитель, коснулся пальцами тяжелой складки между бровей, задумчиво добавил. — Завтра утром представишь подробный отчет о происходящем в Западном Пределе. Мне сообщили, что, откликнувшись на просьбу Повелителя ветров, ты перекинул более двух сотен отрядов.

— Отец!..

— Помолчи, — властно перебил дракон. — Не расстраивай мать.

Я резко встал.

— Риккард!

— Матушка, ты прекрасна, как всегда. Отец, прошу простить, меня ждут дела.

Я, не оборачиваясь, вышел из комнаты.

***

— Кейнот, ты со мной. Валгос, остаешься и присматриваешь за нашими спинами на случай неожиданностей! — одними губами прошептал я.

Когти, залегшие по бокам, коротко кивнули, подтверждая, что поняли приказ.

Ветер свободно гулял над полями, гоня травяные волны, раскачивая стебли гореца над головой. Под прикрытием зарослей иван-чая мы приблизились вплотную к тренировочному лагерю охотников и теперь наблюдали, как утомленные дневными хлопотами люди тянулись к полевой кухне, резко пахнущей подгорелой пшенкой. Беззаботный часовой у крытой парусиной палатки с завистью косился на счастливчиков, нетерпеливо переступал, дожидаясь прихода сменщика.