Хроники Раскола

Перемещаться вдоль старых дорог, конечно, намного проще и быстрее, чем снискивать славу покорителей горных гряд, но почти так же опасно из-за застав. Командир развернутого внизу лагеря умело воспользовался преимуществами местности. Перегороженная плотиной река разлилась в широкое, от склона до склона, озеро ­— гладкое, словно отполированная металлическая пластина, и прекрасно просматриваемое. Сама же дорога теперь шла через центр временного военного поселка, имеющего все шансы превратиться в постоянный.

— Дождемся ночи и попробуем проскользнуть мимо лагеря. Впритык пойдем.

— Там ловушек уйма, — неуверенно заметил весельчак. — Патрули и часовые. Сенсорики[1] территорию шерстят.

Я пожал плечами, собираясь разбираться с проблемами по мере их поступления. Что меня по-настоящему волновало:

— Миорпа, как твоя нога?

Девушка, прислушиваясь к ощущениям, потерла подвернутую на козьей тропе лодыжку.

— Переход я выдержу, — замявшись, она спросила. — Эсса, не лучше кому-то отвлечь врага, сыграть роль приманки.

— Думать забудь, — холодно оборвал я, добавил мягче, смотря на шоколадный бархат песков Великой Пустыни, освещенной лучами вечернего солнца. — Достаточно бессмысленных жертв. Более чем.

***

Шепот разговоров, желающих остаться тайной, иногда гремит оглушительнее сходящей с заснеженных вершин лавины.

Я замер у входа в пещеру, прислушиваясь.

— Миорпа, идея насчет приманки выглядит здравой. А ты что думаешь, Ольдар?

— Эсса сказал… — возразила девушка.

— Эсса мягко словами стелет, да только спать жестко, — титул, брезгливо выплюнутый Кольтрогом, звучал как ругательство. — Мимо патрулей не пробраться. Нас обязательно схватят! И… как думаете, какое наказание ждет за предательство? Пригрозят пальцем, выпорют и отправят домой к мамочке? Нет.

— Мы клялись командору Риккарду. Под солнцем степей Криола на крови его когтя мы клялись построить лучшее будущее для драконов, — в голосе Ольдара прорезалась суровая, пафосная торжественность, в другой ситуации позабавившая бы меня.

— Лучшее будущее? К Хаосу! Ты до сих пор веришь в эту чушь?! — взорвался птенец.