Даркут: великий перелом

Когда они отошли от аила на два фарсанга, Амрак вынул из мешка небольшой разборный арбалет. Собрал и уже в темноте подстрелил джейрана. Затем развел костер в небольшом логе, где путники остановились на ночлег.

Амрак освежевал животное, отрезал кусок мяса, посыпал специями из мешочка, нанизал на веточки и пожарил. Шашу в это время рассказывал историю про волшебного волка, что помог бедному пастуху жениться на дочери каана.

Когда мясо поспело, Амрак угостил салисэра. Они ужинали, сидя у костра. В степи выли волки.

Дым поднимался к звездам, а иногда стелился по земле и слезил глаза.

— А где твоя араха? — спросил Шашу. — Давай выпьем и споем песни. Ты еще помнишь вецерунийские?

— Нет у меня арахи, — ответил Амрак. Он чистил и точил арбалетные болты.

— Интересный ты бродяга, Амрак. Без арахи ходишь, зато с арбалетом в мешке. Причем с баснословно дорогим. Он у тебя по особому заказу сделан, я немножко разбираюсь в этом. Маленький, но мощный.

— Бродяги много чего находят на обочине дороги, — сказал Амрак, осматривая болт в свете костра.

— Также, как и певцы, которые рыскают по тэйпам, вынюхивают новости и передают их шайхам разных мистических орденов.

— Это точно, — кивнул Шашу. — Салисэры — те еще крысы. Но я уже решил для себя, что сведения о неком вецерунийском бродяге останутся при неком салисэре и никуда не уйдут. В благодарность за компанию и славный ужин.

— Правильное решение, — Амрак сложил болты в мешок. — Ты не так глуп, как сначала показалось.

— Разве что в виде песни расскажу людям, — добавил Шашу.

— С изрядной долей выдумки.

— Знаешь, думаю, что…

Амрак не успел закончить. Из темноты в свет костра вышла девушка.

— Да разрази меня гром Тэйанга, до чего красива, — сказал Шашу. — Не боязно по степи одной ночью ходить?

Девушка и впрямь была хороша. Огромные бездонные глаза, точеный носик, алые губки. Белая, почти бледная кожа, множество черных тонких кос до пят, гибкий стан.

Она бесшумно скользнула к огню. На шелковом синем халате с позолоченными узорами и косах позвякивали серебряные украшения.

Кисти рук она спрятала под длинными широкими рукавами, как у придворных дам царства Занг. Остановилась между мужчинами. Посмотрела на Шашу холодным немигающим взглядом и ответила:

— Чуть-чуть боязно.

Шашу не сразу нашелся, что сказать. Девушка повернулась к Амраку:

— Можно мясо?

— Конечно, — ответил тот и протянул девушке веточку с кусочками жареного мяса.

Девушка странно, кулачками, подцепила веточку. Мелькнули белые ручки.