Эльфийская летопись. Арка 4

– Так можно же просто делать серебряные монеты, без рубинов, – сказал я.

– Ага, безусловно, – кивнул купец, – только попроси при этом половину населения не мешать оземьский никель с медью. Сплав получается – один в один серебро.

– Так делали бы из него монеты.

– Ооо, вы, молодой человек явно незнакомы с концепцией денег. Валютой может быть только то, что не годно в другое применение. А никелевая руда у нас на ковку стали идет между прочем. Тебя послушать, так мечи деньгами станут.

– Ну понял я, понял, – подняв руки я продемонстрировал свою капитуляцию, – так что там дальше?

– А дальше с появлением попаданцев широкое распространение получила бумага и эльфы стали писать друг другу расписки.

С этими словами он продемонстрировал мне пачку кроваво-красных бумаг.

– Ну и, обычная красная бумага? Бумаги то в мире много и ее не только на деньги используют.

– Ну во-первых, в них запечатан магический символ, предотвращающий подделывание, так что она не обычная, а во-вторых эта бумага пронизана рубиновыми нитями. На такой особо не распишешься.

– А как можно создать нити из рубина? – удивился я.

– С их, эльфийской магией, возможно практически все, – пожал плечами Гриша.

О магии подробнее мы поговорили в другой раз, прогуливаясь по рынку и задержавшись у прилавка с магическими кольцами.

– На пальцах объясняю в чем разница, – ворчал Гриша, – итак, если ты возьмешь кольцо, это которое гладкий кружочек, и загрузишь в него свиток с заклинанием, который стоит бешеных денег, например огненный шар – кольцо один раз выстрелит огненным шаром после чего будет просто куском метала, пока ты не загрузишь в него новый свиток. Перстень, который с камнем, если в него загрузить заклинание огненного шара, выдаст залп из десятка шаров. Вот только силы для этого он будет забирать из твоего духа, как последствия, если ты вообще выживешь после такого залпа, психологические изменения будут очень тяжелыми и скорее всего, необратимыми.

– А человек может стать магом? – спросил я, поглощенный воспоминаниями о классовском перстне, из-за которого я потерял сознание.

– Легко. Только я не знаю как, – улыбнулся ослепительно-белыми зубами Гриша, – в академиях не учился.

– А без академии никак? А то учиться мне вроде как уже поздно.

– Никак.