Спор богов. Герои vs маги

 Двум оставшимся матросам не хватило сил столкнуть в воду тяжёлую лодку, которую они до этого так легкомысленно вытащили на песок. В отчаянии, решив продать свои жизни подороже, они пошли на меня, прикрываясь щитами и выставив топоры.

 И легли один за другим со стрелами в груди и голове, которым – как и думал – не стали помехой доски, обтянутые кожей. Последним добил командира, который не мог двигаться из-за разбитого сустава пятки. Представляю, какую он испытывал боль, пока моя стрела не пробила череп.

 Удивило, что он тоже оказался (возможно) Героем, так как пробить невидимую защиту мне удалось только третьей стрелой. Если так дело пойдёт, то скоро тут будет не протолкнуться от моих коллег.

 Ладья с оставшимся экипажем отошла от острова через полчаса, после того, как погиб их командир. Чего ждали? Не знаю. Быть может, надеялись, что появится оставшаяся часть отряда и прикончит меня. И лишь через тридцать минут до них дошло, что пятёрка матросов нашла себе могилы в лесу.

 Я провожал корабль смотря в подзорную трубу, опасаясь, что они могут вернуться и попытаться отомстить. Попутно собирал трофеи.

 Ворочать мертвецов было чуть-чуть неприятно, но и только, словно, опарыша насаживать на рыболовный крючок. Ни тошноты, ни омерзения.

 Помогло то, что я уже научился отстраняться от реальности при потрошении коз и мелких свиней, на которых охотился. Там, от внутренностей, шёл такой запах, что дважды меня выворачивало. А потом привык.

 Так и с этими трупами полностью отстранился, внушил, что ничего особенного не произошло. Даже то, что только что убил десять человек, как-то слабо волновало.

  Топоры, шлемы и кожаные куртки матросов  сложил на песке рядом с лодкой, кирасу и оружие командира и Героя складировал отдельно. Все мелкие вещи – монеты странного вида, цепочки, кольца, медальоны, ссыпал в шлем командира.

 Немного подумал и решил раздеть некоторые трупы, у кого одежда не так сильно оказалась заляпана кровью.

 С Героя не взял ничего, так как там всё, вплоть до штанов, было в крови, которая потоком лилась из раны на груди, даже несмотря на то, что была закупорена стрелой. Вероятно, наконечник пробил крупную артерию.

 Зато обладатель кирасы подарил мне рубашку, толстую жилетку, поддетую под доспех, штаны с короткими подштанниками, сапоги, с подбитыми каблуками и носками бронзовыми набойками, широкий ремень с массивной пряжкой.