Сказки Монашки 11. Наследие Духов

Но ты мне скажи, есть у тебя инфа, сколько он пережил наместников?— Конкретно не знаю, но много. За моей памяти наместники больше двадцати-тридцати лет на этой должности не задерживались.— Вот, вот. Они погибали.— Просто такая опасная должность у наместника.— Почему же глава контрразведки постоянно оставался в живых? Ведь ему больше остальных приходится контактировать с тёмными. Это более опасно, чем должность наместника.— Шаман, не верю я, что он может предать. Тем более, моя сила выше, чем у него. Я бы сразу почувствовал двуличность.

Я быстрее буду подозревать самого Рона, чем своего главу контрразведки.— Жаль, наместник. Очень жаль. Ты забыл непреложную истину: не доверяй никому, даже самому себе. А на твоей должности ох как надо перестраховываться, иначе погибнешь.— Хватит меня пинать, как ребёнка. Анжелика, пока я здесь, то хотел бы передать тебе все свои знания. Боюсь другого такого случая может уже не быть.— Крёстный, я согласна, но при одном условии: потом я тебе передам то, чего у тебя нет, — дух заёрзал. Ему конечно очень хотелось получить дополнительную силу. Тем более он уже ощутил на себе насколько она огромная. В то же время его мучили сомнения, правильно ли он поступит. Если Рон узнает, что его наместник обладает силой не меньшей, чем его, он приложит все усилия, чтобы не только его уничтожить, а и донора тоже.— Крёстный, не сомневайся. Если ты будешь обладать большей силой, то тебе же не обязательно её демонстрировать.— Наместник, я не берусь утверждать, но у меня имеются смутные подозрения, что твой «верный» глава контрразведки обладает силой, значительно превышающей твою, чтобы ты не смог вычислить его, как предателя. — Ладно. Уговорили. Шаман, хотя ты и друг, но я хотел бы передавать свои знания Анжелике наедине.— Без проблем, — даже не препираясь, урвал в командирскую рубку. Но пробыть мне там пришлось довольно долго. Повернул кресло в горизонтальное положение.— Одиссей, разбудишь, когда наши «передаватели» освободятся.Одиссей, зараза не разбудил. Возможно, кто-то из них изменил мою команду, и я проспал больше двух суток. Проснулся не в командирской рубке, а в своей каюте. Когда телепортнулся в командирскую рубку, Анжелика с наместником мирно беседовали.— Шаман, прости за самоуправство на твоём корабле.— Отец, не держи зла на крёстного. Это я изменила твою команду, чтобы тебе не было скучно.— Спасибо доченька. Я уже лишний на своём корабле, — она нежно потёрлась своей щёчкой о мою, уже заросшую щетиной, щеку.— Фуу, какой колючий.