Другая сторона

Отключение серверов означало бы смерть не только для неписей, но и для всех игроков, потому что теперь гибель в игре влекла смерть в реальном мире. Такой вот незамысловатый замысел нейросети, и я помог его реализовать. Все изменения в код игры, которые сплели вместе игровую гибель и смерть в настоящей реальности, нейросеть внесла сама. Но я был ей нужен!

Мне не хватило смелости отказать Айзирис. А лучше бы она убила меня, чем гнить в тюрьме, которая мне обеспечена. Меня вычисли, и не хочется думать, какой светит срок.

Скорей всего пожизненный!.. Жаль, что смертную казнь давно отменили. Получить пожизненное – это хуже, чем смерть. Я впал в полное отчаяние.

Обыск закончился. Ничего не нашли. Говорил же, что нет у меня ничего.

– Поднимайся, – сказал лысый опер, – едем в следственный изолятор.

Опустив взор, я направился из квартиры. Проходя мимо кухни, обнаружил, что Зару уже увели. В подъезде встретил пару монтажников из компании, которая обслуживала мою игровую капсулу. Их вызвали, чтобы помогли изъять ее в качестве вещественного доказательства.

На улице собралась толпа зевак. Краем уха я услышал, что поймали то ли банду террористов, то ли самого главного вора в законе, который только что вернулся из Америки. Я криво усмехнулся – вот и слава.

– Голову пригни, – опер втолкнул меня в черный микроавтобус с наглухо тонированными стеклами.

Внутри сидели два других оперативных работника. Один из них показал на кресло между ними – мое место. Я устроился, куда указали. Мне-то все равно, где сидеть, пока повезут в изолятор.

В пассажирский салон микроавтобуса влезли еще два опера, одним из которых был лысый крепыш. Они сели напротив и всю дорогу не спускали с меня глаз. Словно и в самом деле в машине везли опасного преступника.

Блин, надо ж так вляпаться!

– Куда едем? – спросил я.

– В изолятор, – лысый был краток.

Остальные угрюмо молчали. Морды кирпичом, взгляды недобрые. Меня не предупредили, что надо вести себя спокойно, однако хватило одного вида оперативников, чтобы не дергаться. Пристрелить не пристрелят, но быстро найдут способ утихомирить.

Страшно смотреть на них и думать, почему они сидят рядом со мной. Я вел себя смирно – все-таки по-прежнему законопослушный гражданин. Преступления, на которые пришлось пойти в «Новой жизни», не сделали из меня матерого уголовника, и скалить зубы полицейским я не собирался.

А это полицейские? Неожиданно до меня дошло, что посадили в машину без опознавательных знаков. Никого в полицейской форме рядом тоже нет.