Легенды Мелизоры-2. Смертельными тропами

– Разойтись! – гаркнул один из них на возившихся под ногами детишек, и у меня заложило уши.

Дети брызнули в разные стороны, стоявшие неподалеку взрослые почтительно расступились. Главный исполин приблизился к Коррису и, ткнув в меня пальцем, приказал:

– Покажи!

Тот послушно разжал ладонь. Старший внимательно посмотрел на меня, глаза его вдруг вспыхнули злобой, и он сердито зарычал. Потом наклонился к Коррису и что-то пробасил ему на ухо.

С чего это он так разозлился? Может, тоже умеет смотреть сквозь одежду и видит амулет? Ок, допустим, я люмен, но почему это привело его в такую ярость?

– Послушайте, уважаемый.

– Человек молчит! – рявкнул главный, и его крик эхом разлетелся по округе. – Человек – враг!

Здрасьте! Это еще почему?

– В клеть человека! Диррон будет думать, – произнес, немного успокоившись, главный. Потом кинул взгляд на Леху с Верлимом и добавил: – Двух человеков в клеть! И гнома!

Он развернулся и пошел прочь. Коррис задумчиво кивнул, бросив на меня гневный взгляд.

– Великий Диррон прав.

Гигант поставил меня на арену рядом с Лексом и Верлимом и потянулся за клетью, примерно такой же, в какую недавно запрыгивала живность, только немного побольше.

– Чего они все до тебя докапываются, Рокот? – удивленно спросил Леха. – Парень этот из монастыря, великаны...

Это ты, друг, еще про королеву змей не знаешь.

– Без понятия.

Я не лукавил. Даже если эти мохнатые исполины каким-то образом почувствовали во мне люмена, такая ненависть была совершенно необъяснима.

Через пару минут мы уже сидели в клетке, сплетенной из каких-то прутьев. Коррис легко перенес ее поближе к тому самому дереву, возле которого сидели гудевшие великаны. И подвесил на толстенной веревке, обмотав ее вокруг рога насаженного на высоком шесте черепа. С десяток исполинов и их отпрысков высыпали из своих пещер, чтобы посмотреть на это действо.

– Медведями пахнет, – прошептал Лекс. – Понятно, кого они здесь раньше держали.

– Человеки не качаются! – грозно предупредил гигант и ушел.

Да какое уж тут качаться. До земли метров восемь, не меньше, а рог на черепе неизвестной зверюги, на котором мы болтаемся, выглядит ох как ненадежно.

Стоять в клети было нельзя – ноги проваливались. Поэтому я, как мог осторожно, улегся на дно и глянул вниз. Под нами резвились великаньи дети – мохнатые двух-трехметровые существа, во всем похожие на взрослых. Такие же шкуры на бедрах, те же когти, только поменьше.