Пустошь

Большая и толстая змея — это замечательная пища, посланная мне сегодня добрыми богами пустыни. Огромная глупость — упустить ее теперь.

Подхватив рюкзак и вытащив нож, я бросился вслед за уползающей рептилией. Впереди послышалось раздраженное шипение. Я остановился, напрягая глаза. Получить неожиданный укус мне хотелось меньше всего.

Началась веселая игра в догонялки. Приблизиться к змее я боялся. Кинуть в нее чем-нибудь просто не мог — камней поблизости не наблюдалось. Упускать — не хотел. Змея, в свою очередь, пыталась от меня смыться, но при случае напоминала, что может и укусить.

Мы петляли по скудно освещенной луной местности, наверное, с час. Я про себя решил, что дождусь рассвета, а затем, когда буду лучше видеть, попробую прихватить гадину с помощью рюкзака и ножа. Но развязка наступила быстрее. Змее подвернулась нора прыгуна, и она, радостно шипя, скользнула в нее.

Я разглядел, что происходит, только когда на поверхности осталась лишь треть рептилии, и, ведомый отчаянием, бросился вперед, чудом успев ухватить ее за хвост.

Когда уже больше половины змеи оказалось снаружи, дело пошло неожиданно быстро — противник перестал сопротивляться и жаждал поскорее познакомиться со мной лично. Вовремя сообразив это, я шустро закрыл отверстие норы сапогом, безжалостно передавив змеиное тело, а затем, подхватив нож, двумя ударами отсек ту часть, что была снаружи.

После чего очень быстро отскочил на несколько шагов в сторону. Еда уже никуда от меня не убежит, а подставляться под случайный укус, если гадина каким-то образом выберется наружу, мне не хотелось.

Несколько минут змеиное тело билось и извивалось около норы, смутно различимое мной в темноте, затем затихло, и я осмелился вернуться. Добыча в самом толстом месте достигала толщины моего запястья, а длиной была, пожалуй, локтя в три. Не такая уж и большая, как мне изначально показалось.

Второй кусок остался в норе, и я предпочел забыть про него.

Был огромный соблазн съесть змею сразу же, но здравый смысл все же победил. Лучше уже при свете солнца аккуратно выпотрошить добычу, а заодно и поискать вокруг — вдруг найдется какое-нибудь топливо, из которого можно будет сделать костер. Хотя после скорпиона я и не испытывал никаких душевных терзаний при мысли о том, что змею нужно будет съесть сырой.