Пустошь

— И еще, — хозяин заговорщицки наклонил ко мне голову и подмигнул, — если вам захочется чего-то большего, то поговорите с девочками... Попросите их потереть спинку или пригласите одну поужинать с вами. Не пожалеете.

Я кивнул, внезапно несказанно заинтересовавшись перспективами. Конечно, неизвестно, что там за служанки в этой гостинице... Но если красивые, то, думаю, я заслужил немного приятных ощущений после всех своих приключений.

Девушка в итоге появилась только одна, и она была симпатичной... очень симпатичной.

Настолько, что заставила меня малость потерять голову. Впрочем, я, как и сказал владелец двора, ничуть не жалел об этом, когда, чисто вымытый, сытый и полностью удовлетворенный, засыпал в обнимку с ней на широкой удобной кровати.

Как мне, оказывается, не хватало этого всего за прошедшие месяцы...

Утром я проснулся уже один и некоторое время блаженно нежился, ленясь вставать. Затем неожиданно подумал, что вчерашняя служанка, Элина, кажется, могла меня обокрасть, — и мигом оказался на ногах.

Но никто на мое имущество не покушался, все было цело, так что я, успокоившись, принялся завтракать остатками вечерней трапезы.

Попутно думая о том, куда и как сегодня пойти.

Дел было запланировано достаточно много, но самое главное — это возвращение в цивилизованный вид. Затем уже можно будет продать ненужные вещи, купить нужные и начинать опять думать о будущем.

Я высыпал на пол содержимое рюкзака. Не так уж и много у меня вещей, получается.

С удивлением посмотрев на пузырек с ядом, завалявшийся в каком-то углу рюкзака, отставил его в сторону.

Туда же лег серебристый слиток, кружка с рунами, столовые и письменные инструменты аристократа и затрапезного вида огниво. Про него я, как и про яд, успел забыть.

Немного подумал и положил в ту же кучу подранную книгу Галларда Среброусого и жалкие остатки тетрадей Ольда. В них, как я давно успел убедиться, не было вообще ничего полезного.

Это все мне нужно будет продать или, на худой конец, выкинуть.

В другую кучу отправился котелок, точильный брусок, кольцо и дневник все того же аристократа, а также найденный в гарнизоне на плато нож из странной стали.

Сверху шлепнулась книга про демонов и черная табличка с печатью призыва Эйя.

Это точно должно остаться при мне. А больше ничего, собственно, и нет, кроме меча, побитого жизнью рюкзака, поношенных бурдюков для воды и лохмотьев старой одежды.

Ну, еще деньги, взятые у Ольда, найденные у аристократа и снятые с тел охотников.