Пустошь

Мне почудился отблеск разочарования, смешанного со страхом. А затем вся стая, как один организм, развернула носы по ветру и бесшумно исчезла в темноте.

Вот за это Пустошь и не любят. Не будь на мне остатков ученической клятвы и не умей я делать мало-мальски эффективное заклинание — так бы и оставил свои кости под этим деревом. А казалось, такое мирное и хорошее место...

Волки, получив отпор, пропали насовсем. Следующие два дня я страшился даже собственной тени, боясь отходить от дерева, но серых хищников нигде не было.

Зато мне посчастливилось все же попасть в очередного оленя и наесться нормальным, нежнейшим жареным мясом. Жизнь опять налаживалась.

Но теперь я всерьез взялся за совершенствование своего единственного заклинания. По старой доброй традиции пришлось пару раз обжечься в процессе, к счастью, не слишком сильно. Но зато теперь энергетический сгусток летел гораздо дальше и выплескивался не во все стороны, а только вперед. Пришлось добавить в заклинание еще четыре руны, но оно того стоило — теперь я был этим своим умением полностью удовлетворен.

Правда, высасывало оно еще больше энергии, оставляя каждый раз мое тело в виде вялого овоща. Но здесь я надеялся на слова демона — и тренировался.

Попытался также, следуя его совету, как-то прицепить к себе руну, притягивающую энергию, — но банально не смог ее вспомнить до конца и даже не стал в итоге пытаться что-то делать, недобрым словом вспоминая охотников-грабителей, повстречавшихся мне в затерянном городе. Встречу — убью.

Но охотники были где-то далеко, так что мне оставалось только раз за разом создавать свое заклинание и ждать, пока организм восполнит резервы.

Жаль, что у меня в ослабленном состоянии не получается гнать в тело энергию, как при создании «запруды». Приходится ждать, пока все соберется само. Впрочем, наверное, так даже лучше — пусть организм тренируется.

Спустя несколько дней, когда остатки оленины уже приобрели неприятный запах, а местность вокруг озера была изрядно подпорчена непрерывным использованием моего заклинания, я решил, что пора отправляться в путь.

Раны и ушибы окончательно прошли, сломанная рука больше таковой не ощущалась — пора и выбираться к людям. Сидя в очередной раз на дереве, я впервые за последнее время задумался о своем будущем. В принципе, никто не запрещает мне остаться в Орлином Утесе — если я сумею все же до него дойти. Деньги у меня есть — наследство от аристократа и захваченные из башни Ольда золотые. На первое время хватит, это — самое главное.