А Боги там тихие

 — И ничего нельзя сделать? — понимая, что влип, спросил я. — В прошлый раз вы же вытащили нас из тюрьмы.

 — Тогда была совсем другая ситуация. Да и гномы, когда во всем разобрались, отказались от выдвинутых обвинений. Они очень трепетно относятся к своим вкладчикам. Сейчас же ты напал на представителей власти. А это уже серьезное обвинение, — Маркус встал с кресла и начал мерить коридор шагами. — И еще, Макс. Давай свое оружие, не стоит допускать, чтобы оно попало не в те руки. Если тебя будут допрашивать, отказывайся от всего, кроме нападения на стражу.

 — Так там же в самом начале целая толпа на улице была! — удивился я.

 — Их еще найти надо! — парировал Пуер. — А если и найдут, то твое слово — против их слова. Главное — потянуть время.

 — Хорошо, я все понял, — сняв кобуру с пояса, я протянул ее Маркусу. — Осторожнее с ним. 

 — Конечно. И знае… 

Договорить ему не дал шум в холле. А именно — топот множества ног и громкие голоса. Я сразу подумал, что это за мной, но ошибся, а спустя пару секунд в коридор, в котором мы беседовали, ворвался генерал Биллар. И десяток бравых солдат с оружием. 

 — Где она? — прорычал барон.

 — Там, — показываю на дверь. — Но туда сейчас нельзя.

 — Мне можно.

Он, не останавливаясь, устремился к нужной двери, но был задержан Пуером.

 — Гарис, спокойно! С девочкой все в порядке, — Маркус взял генерала за плечо. — Сейчас с ней целитель. 

 — Что произошло? — Биллар остановился, но было видно, что он в бешенстве. — И почему она в госпитале академии?

 — Я просто не знал, куда еще ее можно отвезти, — ответил я на последний его вопрос. — Там возникли проблемы со стражей, а где находится другая больница, мне неизвестно.

 — Какие еще проблемы со стражей? — прорычал генерал. — Почему мне не доложили?

 — А ну, успокойся! — гаркнул на него Пуер. 

Затем взял под локоть и, отведя чуть в сторону, начал что-то тихо втолковывать. А я сел обратно в кресло, из которого вскочил при появлении генерала, и стал ждать дальнейшего развития событий. Спустя пять минут появились Саласан и Ирек, о которых я успел уже благополучно забыть.