Теория войны. Выбор стратегии

— С его милостью непросто сейчас общаться, поэтому лучше всего это делать через передаватель. Вставьте его себе в левое ухо, — дождавшись, когда я выполню его поручение, дворецкий кивнул и распахнул двери: — Его королевское высочество принц Бертран, — он отошел чуть в сторону, пропуская меня вперед.

Комната, в которую я вошел, оказалась спальней. Темной спальней, в которую не проникал ни лучик солнца сквозь тяжелые плотные шторы. В нос ударил густой запах болезни, старости и безнадежности. На огромной кровати полусидел абсолютно седой человек.

Он ничем не напоминал того энергичного мужика, которого я видел на портрете, приложенного к его делу. Этот невероятный контраст заставил меня прикусить губу и впервые засомневаться в правильности решения прийти сюда.

— Вы похожи на Марию, — внезапно раздалось прямо у меня в голове. При этом этот вид контакта совершенно не напоминал тот, по которому мы общались с Эвой. — Подойдите поближе, я плохо вижу вас.

Я приблизился к кровати, но садиться в кресло, стоящее перед ней не спешил.

Почти минуту мы смотрели друг другу в глаза, а затем голос в голове устало произнес.

— Я слышал про своего внука.

— Мне очень жаль...

— Он стал бы отвратительным правителем, еще хуже, чем его отец, но он хороший мальчик, и не заслужил такого. Как скоро эти ублюдки вторгнутся на нашу территорию?

— Из не очень надежного источника я узнал, что к началу следующею мюррея.

— Это уже скоро, — голос замолчал, словно канцлер выдохся, проведя со мной настолько непродолжительную беседу.

— Зачем ты пришел?

— Виконт Дерн, ему можно доверять?

— Да.

— Тогда его необходимо наделить полномочиями. Его величество сейчас в трауре, и не может мыслить объективно. А времени почти уже не осталось, — я наловчился уж разговаривать мысленно с Эвой, поэтому никаких неудобств по поводу этого странного, но крайне мне необходимого метода связи не испытывал.

— Нет. Дерн слишком горяч, может дров наломать.

— Но... мне необходим человек, который сможет стать голосом его величества и вас.

Который сможет принимать решения...

— Я подумаю, — двигаться канцлер не мог. На его лице живыми оставались только глаза. Наверное, со стороны это могло показаться страшным, полностью парализованный человек полусидит и старательно пялится на своего посетителя. — Можете идти, мой ответ вам доставят сегодня вечером.

— Но...

— Идите, я устал.

— Просто отлично, — произнес я вслух, склонил голову, прощаясь и вышел из комнаты.