Искатель. Второй пояс

Поднялся, собираясь уйти в лес и поискать там Зверей, но сделав всего шаг, замер на месте.

Это что? Тоже страх? Страх того, что я снова не могу управлять Указами и все наёмники вокруг, могут каждое мгновение стать свободными, а я не сумею их остановить? Что за глупости? Я прекрасно вижу Указы и вижу то, что записано в них и душах наёмников. Верность.

Больше того, хоть на мне тоже полно Указов, но сейчас они запрещают мне сущие глупости: передавать техники Ордена другим, выдавать секреты Ордена, рассказывать о том, что я повздорил с теневиками Гряды, что старейшины Гряды давали мне в руки флаги сектантов и прочие глупости.

Все эти мои Указы не более чем обманка для других, обманка, хранящая в себе дух, который я могу использовать, чтобы восстановить его после применения Указов. Как я это делал с Раух. Больше того, в каждом моём Указе есть ограничение по времени. Даже если сейчас меня ударят по голове, обвешают этими цепочками, то спустя неделю или несколько недель, Указы сами перестанут действовать.

И не собираюсь бояться самого себя.

Поэтому остался на месте, не отправился никуда в лес, а громко приказал:

— Нападайте. Без оружия.

Сейчас очередь отвечать была у Гавала, поэтому раздался его вопрос:

— Сколько человек, господин?

Я ухмыльнулся:

— Все, кто свободен.

Наёмники переглянулись и принялись подниматься, подтягиваясь к центру лагеря и ко мне, а я растянул сферу боевой медитации. Опасность тянулась ко мне тёплым ветерком со всех сторон, но нити стихии и не думали приближаться.

Спустя шестьсот вдохов самые упрямые из наёмников перестали пытаться подняться. Даже Кирт. Хотя сегодня им почти удалось завалить меня телами. Но без оружия не значит без техник. А я всё же Мастер.

Зажатый телами, ухваченный за броню, я непрерывно использовал Рывок, сумев дождаться ошибки, короткого разрыва в Опорах противников и вырваться из ловушки.

И это хорошо, противники тоже должны становиться сильней. И пусть лучше я попадусь на новый трюк во время тренировки, чем в настоящем бою, когда на кону будет стоять моя жизнь.

Оглядевшись, я огласил очевидное:

— Закончили на сегодня.

Сидящий в стороне Джуртул похлопал в ладоши:

— Это было очень впечатляюще, старший. Уверен, на Арене ваши схватки собирали бы толпы.