Арчи. Книга I: Золотая Кровь

— Может, твой недоносок сам убился? Осознал свою никчёмность, наконец? — выплюнула Наталия.

Так это мать Ильи?

— Т-т-ты… — губы Виктории задрожали, она разрыдалась.

— Пошли, — бросила мне Наталия.

Я последовал за ней, но внутри меня жгла тревога за Милану. Я в безопасности рядом с дедом и тётей, но что делать ей? Слуги и воины клана слушаются мать Ильи, она далеко не последний человек.

За размышлениями я не заметил, откуда к нам прибежали дети.

— Тётя На! Тётя На!

Они окружили нас и громко приветствовали Наталию, смотря на неё горящими глазами.

— Чего вам, гули мелкие? — попыталась грозно спросить тётя, но в её взгляде и голосе сквозила несвойственная ей мягкость.

— У тебя есть сладкое? — нагло спросил самый старший – черноволосый парнишка с большими глазами.

— Нету, — отрезала Наталия.

— Есть! Есть! Есть!

— Ну тётя На!

Я удивился. Детвора совсем не боялась Наталию.

— Это в последний раз, — сдалась тётя и взмахнула рукой.

Из её рукава вылетела цепь, на конце которой висел бумажный пакет. Без сомнений, у Наталии такой же узор, как у Михаила, позволяющий переносить предметы в собственном теле.

Внутри пакета были кульки – дети их моментально растащили. Когда Наталия попыталась вернуть цепь в рукав, тот же черноволосый паренёк нагло её перехватил.

— Тётя На! Покатай!

Наталия закатила глаза, а в следующее мгновение цепь обвила парнишку и подкинула его в воздух под восторженные крики детворы.

Минут десять я стоял и смотрел, как моя тётя, которая легко убивает могущественных Чернокнижников и которую боятся все вокруг, подбрасывает детишек в воздух.

Наконец, её терпение лопнуло.

— Всё! — она убрала цепь и твёрдо пошла ко входу в здание. — Мы опаздываем!

Детишки расстроено отступили. Но молчать они не собирались. Мелкая кудрявая девчонка, которой на вид было не более четырёх лет, указала на меня пальчиком и пискнула:

— Это всё из-за него!

Дети тут же синхронно, как один, посмотрели на меня.

Я ускорил шаг.

— Гулья пиписька! — крикнул один из мелких.

Я поморщился. Вот же досада...

— Гулья пиписька!

— Гулья говёшка!

До самого входа в здание эти мелкие гады бежали за нами, с удовольствием обсыпая меня обзывательствами. Наталия с трудом сдерживала смех и специально замедляла шаг. Мне пришлось стиснуть зубы и терпеть. Хотелось провалиться под землю. Когда мы вошли внутрь, я с облегчением вытер рукавом пот со лба.