Арчи. Книга I: Золотая Кровь

Пока Алиса говорила, а я пытался сообразить, о чём идёт речь и как не выдать свою неосведомлённость, эскулап поднял мою левую руку и ткнул пальцем в предплечье. По моей коже побежали белые узоры. Ломаные, волнистые, прерывистые и двойные линии, кружочки на запястье и большая спираль на локте. Белая вязь охватывала всё предплечье. Красиво.

— Гулья жопа, — ругнулась Наталия.

— Кто тебе нанёс этот узор? — строго спросил Михаил.

— Сам нарисовал, — промямлил я.

Михаил поднял брови.

— В сумке, — выдохнул я, гадая, что же натворил предыдущий владелец этого тела.

— Принесите вещи Арчи! — рыкнула взбешённая Наталия на девчонок. Видимо, они служанки. — И поживее, гульи вы подстилки!

— Ната, — Михаил зло посмотрел на девушку, — сдерживай свой грязный язык хотя бы при племяннике.

— Прости, — пробормотала Наталия.

“Что за гули, Алиса?”

Я смирился с происходящими странностями. Хотя нет. Скорее, отложил все вопросы на потом, оставил их для будущего себя. Сейчас важнее понять, где я оказался и как мне не подохнуть.

Это монстры, враги человечества. Они живут за пределами городов.

“А в каком я городе?”

В Петербурге. А жил раньше в Московии, столице Империи Русов.

Я поморщился. Параллельный мир, что ли? В голове всплыли образы моих родных. Папа, мама, Мишка. Като. В глазах защипало.

— Вот! — запыхавшаяся девчушка вбежала в комнату и протянула Наталии кожаную сумку.

Тётя грубо выдернула её из рук служанки и открыла. Немного покопавшись, она достала из сумки потрёпанную книгу и белое перо.

Наталия побледнела, испуганно посмотрела на Михаила. Тот стоял и не сводил глаз с пера. Костяшки пальцев, которыми он сжимал ручку трости, побелели, сравнявшись цветом с ногтями.

“Алиса! Что происходит?!”

Я не знаю.

— Мастер Михаил, — эскулап кашлянул, — я могу идти?

— Витя, — старик перевёл на него тяжёлый взгляд бесконечно уставшего человека, — неужели нет другого выхода?

— Лёгкие вашего внука на пределе.

То, что он сейчас жив, уже чудо. Будь он Огранцем, мы бы успели изучить болезнь. Однако он обыкновенник и он умирает. Вероятно, у Анастасии есть решение, но не у меня.

— Я тебя услышал, Витя. Сколько у него осталось времени?

— Он может умереть в любой момент, — пожал плечами лекарь и дотронулся до своего кольца. — Но день-два, скорее всего, протянет.

Я лежал, слушал разговор и чувствовал, как внутри поднимается ужас. И возмущение.