Восход погибшего мира

Его пальцы скользнули по застёжкам, сбрасывая доспехи, от них уже ни какого проку, затем скинул шлем, и жадно глотнул воздуха.

От палящих лучей солнца воздух стал липким, а пыльная взвесь противно льнула к языку.

Он доберется, обязательно доберётся до схрона с лодкой и покинет Эль Рид, и так долго верой и правдой служил ему.

Никто не обращал внимание на старика, медленно ковыляющего вдоль лестнице спускаясь к домам.

Бахай рвал и метал, вернувшись с поля боя, требовал от Сципиона отвести легионы.

- Они заживо сгорят! – рычал он, вплотную подступившись к полководцу.

- Я так не думаю, - холодно держался Сципион, - он в одиночку сдерживает напор возле моста башни.

- А толку? Воины так и топчутся на месте? – взорвался Бахай. – Откуда у них машины? Я думал…

- Уже неважно что ты думаешь, - Бахая перебил Мидас, сидя на нетерпеливо гарцующем белом скакуне, царь горел желание самолично возглавить атаку. – Мы на стене, вопрос времени, когда они падут.

- Мой повелитель, - Бахай приложил усилия чтобы в его голосе были слышны нотки покорности.

Сципион невозмутимо перебил его – Отступать не имеет смысла, мы не сможет вывезти башни с поле боя, а без них стену не преодолеть. Воинам придётся погибнуть и умрут многие.

Бахай так сжал зубы, что все услышали их скрип.

- Тогда привлечём того колдуна, - мрачно проговорил он бросая в сторону палатки Агасфера разъяренный взгляд, - пора доказать ему, что является тем, за кого себя выдаёт.

Мидас нахмурился – Я сам поговорю с ним.

Бахай склонив голову, произнёс – Сделайте такую милость мой повелитель.

Не только царю парфян, но и всем присутствующим померещилось неуважение в тоне военачальника.

Решив разобраться с ним позже, Мидас в окружении гвардейцев направился к Агасферу.

Старик сидя на валуне, вертя в руках золотой браслет змейки, ожидал приближения процессии.

Лошади остановились рядом с ним, заставив Мафусаила испугано пятиться. Один из гвардейцев уставился на него, явно пребывая в сильном изумлении, не понимая, что тут делает чёрный слуга мага.

Мидас не обратил на Мафусаила внимания, сидя на скакуне, угрожающе свесился над стариком.

- Ты обещал мне победу, - начал он.

Агасфер оглядывая поле боя, дым над ним и видя разгорающуюся мясорубку в которой гибли тысячи спокойно парировал.

- А разве парфяне проигрывают?

Мидас задохнулся от такой наглости, конь под ним завертелся, ощутив жжение в боках, впились шпоры.