Роркх. Потрошитель

Кто-то, конечно, фыркнул бы, мол о каком плюсе речь? Ведь уже до всего этого мои финансы пели романсы, а теперь так и вовсе — волком выли. И теперь Итану требовалось лечение, а это стоило денег. Но я был в плюсе, и это неоспоримый факт.

У нас появился крот в стане врага. Хуббу отпустили и вручили ему все жетоны погибших копов. Так что вопрос вступления в ряды дехантов для него был закрыт. А контракт с Фином, делал его, по сути, послушной марионеткой.

Немного подозрительным казалось, что странные братья приняли меня за своего.

Но я ничего не мог с этим поделать. И смотреть дареному коню в зубы попросту глупо в моей ситуации. Мы условились встретиться завтра и все обсудить за чашечкой кофе. Так что все хорошо, просто отлично, ведь я в плюсе.

Дехант скоро скрылся из поля зрения. Ведь я ковылял в разы медленнее него. Круто, конечно, но надо было все же спросить, где вообще выход. Какого лешего поперся за этим нытиком, если понимал, что не успею за ним? Интересно, это у меня хроническая тупость или врожденный идиотизм?

Я на безоружном, безобидном, а теперь еще и раненом ханте.

Я опять сам-один, а вокруг по-прежнему серая зона. В принципе, до границы зоны не так уж и далеко. Но не в моем нынешнем состоянии так рассуждать.

И почему я на радостях умчал от ребят? Ну странные они немного, хотя скорее много. Ну так тут каждый второй игрок с прибабахом. И главное, что мы ведь вроде как сумели поладить. Так какого я сбежал из-под защиты?

— Говорил же, когда до него наконец дойдет, то начнет волосы рвать, — голос Фина за спиной чуть не заставил завизжать от… Назовем это не испуг, а неожиданная радость.

Я чуть в голосину не завопил от «неожиданной радости».

— Пацан, из-за тебя спор проигран. Ты должен мне десятку, — жутковатая ручища Пики протянула в сторону Фина целую горсть серебряных монет. — И откуда ты такой взялся? Мы поспорили, что ты не сможешь сам отыскать выход.

— Вообще-то ты сам сказал мне уходить, — по правде я радовался, что вновь не один, но показывать этого не собирался.

Так что старался держаться невозмутимым.

— Ага. А если скажу тебе пойти и с крыши…

— Да хватит уже, — Фин поднял руку над головой, прервав нравоучения брата. — Пойдешь к нам в отряд?

Я лишь переводил взгляд с одного брата на другого. Он меня в отряд позвал только что?

Нет, наверное, я все еще сижу там у стены, с пробитой ногой и истекаю кровью. А у меня начались галлюцинации, и я все-таки умру.